В темном лесу невидимые пути тянутся через облака, где лишь ночное дыхание создает легкий шепот. Маленький трактир за окном напоминает о мире за стенами: вой ворвался, оживленные голоса тут же затихли под леденящим гулом. В этот мир пришел чужак с печалью и цветами утренней росы на плечах....
Кровь отхлынула от моего лица, голова закружилась, и я бы сползла с неудобного стула, словно бесхребетная улитка, не придержи меня заботливо Арвид. Энги несколькими прыжками обогнул стол и оказался рядом.
— Илва?! — он опустился передо мной на колено, обнял ладонями лицо и тревожно заглянул мне в глаза. — Тебе плохо?
— Мне хорошо, — я силилась вдохнуть глоток воздуха, и в конце концов мне это удалось. — Очень хорошо. Войны… не будет?
— Похоже, что нет, — Энги бросил неприязненный взгляд себе за плечо.
Его устрашающий отец-крэггл с королевским достоинством возвращался на место. Подняв кубок, свекор укоризненно заглянул в него и красноречиво стукнул по золоченой поверхности ногтем. Услужливый лакей, белый от страха, тотчас же подскочил и наполнил чашу гостя вином до самых краев.
— За короля и королеву нейтральных земель! — поднял свой кубок король-отец, вставая из-за стола.
Вслед за ним поднялись Арвид, Энги и двое рослых гвардейцев из стражи короля.
— За короля и королеву нейтральных земель! — громко повторил крэггл и несколькими звучными глотками осушил пузатый кубок до дна.
Король-отец отстал от него ненамного и с грохотом поставил пустую чашу на столешницу.
— Нейтральные земли, дрын Создателю в поясницу, — хрипло пробурчал отец, утирая губы. — Как звучит, а?
— Неплохо звучит, — громко рыгнув, отозвался крэггл и с гордостью посмотрел на Энги. — Каков сынуля-то вымахал, а? Орел, а не наследник. И бабу выбрал лучшую в твоем паршивом… то есть обширном королевстве!
— Кто бы подумал, что дочурка королевой станет! — на румяное лицо отца возвратилась привычная жизнерадостность.
— С гуляньями — это ты неплохо придумал. Девки у вас тут видные. Кхм… — крэггл стрельнул глазами в мою сторону, подмигнул Энги и вновь посмотрел на посоловевшего короля. — А вот вино у тебя — дерьмо.
Конец"
