Давно не было такой сильной и чистой влаги как летний газированный напиток Прежней. Я сидел на лавочке рядом со спортивной площадкой, где играли подростки — будто молниями пронзали плясала серебряная Дарина в футболке и беговые сапоги. В это лето я был волонтером, помогающим детям учится, а не бросаться во все случайно попавшиеся в руки предметы....
– Может быть, ты немного исправишь свой смысл, – говорю я Андрею. – За Землю спасибо. Если вернусь, то проверю.
Андрей едва заметно щурится, его взгляд становится похожим на взгляд Ивана, и я напоминаю себе – это не наш добродушный сумасшедший Андрей, отвергший судьбу Прежнего, это часть монстра, пусть и лучшая его часть."
"– В ее корне, – я показываю на останки Мод, – есть Измененная по имени Маргарита. Если возможно вытащить ее живой… если она еще жива…
Андрей ждет.
– Она хочет всего лишь стать снова человеком, – говорю я.
Андрей кивает. Его лицо начинает преображаться, я успеваю заметить десятки людей, словно выглядывающих на мгновение из таинственных глубин, с любопытством глядящих на меня своими глазами – и исчезающих.
Чтобы снова вернуть управление Ивану.
Все-таки он необычный Прежний. У него рулит самая молодая личность.
А потом взгляд Ивана меняется.
Высший вошел в него.
Значит, он сделал выбор, и в его основе будет не Мод со своей кунсткамерой уродцев, а Иван с компанией.
– Ты вернешь меня в мою реальность? – спрашиваю я.
У меня есть еще козыри в рукаве, хотя я бы не хотел их раскрывать.
– Выброшу, – говорит Высший. – Здесь слишком много проблем, чтобы отвлекаться на тебя.
– Договорились, – киваю я.
– Но тебе придется разъединиться, – сообщает он. – Ты должен уйти так же, как пришел. Тремя отдельными личностями.
«Нет», – говорит во мне Дарина.
«Нет», – поддерживает ее Милана.
Я смотрю на Высшего.
Он что, серьезно?
Предлагает мне довериться ему полностью?
Разоружиться?
В человеческом теле, да пусть бы даже и в теле Защитника, я совершенно беззащитен перед ним.
– Да, – говорю я.
И преображаюсь.
Мы стояли рядом, все трое. Голые и босые.
Выл ветер, над головой раздувался Даут. Было очень холодно.
От обезглавленного тела Мод тянуло жаром. Ее отрубленная голова внимательно и зло смотрела на меня.
Ну я же чувствовал, что она жива!
– Поразительно, – сказал Высший.
Если бы в нем сейчас командовал Иван, то обязательно отпустил бы реплику в адрес обнаженной Миланы.
Но это Высший, от плотских радостей он далек. Сколько в нем сознаний, тысячи или миллионы? И как этот бедлам способен работать вместе, вообще непонятно. Человек в дорогом костюме и очках – даже не вершина айсберга, это острие иглы, уходящей в бесконечность пространств и времен. Имеют ли для него хоть какую-то силу обещания Ивана?
Сомневаюсь.
