Автор
Черный туман сглаживает воспоминания о Пахме Штыреве, пока он остается в полной мелкости, словно кукла на веревочке. Наручники щелкают, но голова растекается, не в силах разобрать ни один из окружающих звуков или образов. Откуда это место и кто он — загадка, заставляющая его взгляд беспорядочно мелькать по краям зрения, как будто нарушитель мира тщетно пытается увидеть мир с новой точки зрения....
Ее голос, немного хриплый от шампанского, звучит так, будто она звезда. Да… А я прилично накидался, оказывается… Да и она тоже, иначе зачем полезла танцевать на стол, к вящему восторгу арабов и итальянцев, которые пока не привыкли к русскому разгулу.
Часы показывают три утра, но вечеринка только набирает обороты. Мы сидим за столом, вокруг нас бутылки, бокалы и окурки сигар. Настя кладет голову мне на плечо, и я чувствую, как ее тело расслабляется. Она шепчет что-то мне на ухо, но я не могу разобрать — музыка слишком громкая.
Мы выходим из клуба под утро. Воздух холодный, но мы не чувствуем этого. Идем по пустынной улице, смеемся, спотыкаемся, держимся за руки. Настя говорит, что это был лучший вечер в ее жизни. И я знаю, что она права. Потому что в этот момент я чувствую себя живым. Настоящим.
И где-то там, за горами, уже всходит солнце. И тут раздается звонок сотового. Блядь!
— Сергей Дмитриевич, вас! — охранник протягивает мне трубку спутникового телефона.
— Господин Хлыстов? — услышал я голос, который не хотел бы слышать никогда. — Генерал Месяцев из ФСБ беспокоит. Помните такого?"
"— Ну! — недовольно ответил я. — Я на отдыхе.
— Все, отдохнул! Срочно возвращайся! — переходит на ты генерал. — В Москве захват заложников.Террористы требуют тебя. И мне почему-то кажется, что они все знают.
Глава 21
Вот и отдохнул, называется. Самолет приземлился в Шереметьево уже через несколько часов, и прямо оттуда я поехал на Лубянку.
Жалкий огрызок великого и страшного КГБ все еще носит название Федеральная служба контрразведки. В привычное ФСБ его переименуют через пару месяцев, но это мало на что повлияет. До своих предшественников этим ребятам как до неба. У Судоплатова с Абакумовым театры в центре Москвы не захватывали.
