Автор
Черный туман сглаживает воспоминания о Пахме Штыреве, пока он остается в полной мелкости, словно кукла на веревочке. Наручники щелкают, но голова растекается, не в силах разобрать ни один из окружающих звуков или образов. Откуда это место и кто он — загадка, заставляющая его взгляд беспорядочно мелькать по краям зрения, как будто нарушитель мира тщетно пытается увидеть мир с новой точки зрения....
— Как время летит? Ведь считаные недели остались. А потом вся страна зашатается, как ее вечно пьяный президент. Десятки тысяч людей погибнут с обеих сторон, а потом понесется кровавая волна терроризма. Наверное, это стоит того, чтобы самую малость потратиться. Господь велел делиться. А значит, если я немного денег из тех, что в МММ скроил, на благое дело потрачу, то это как бы хорошим поступком будет. Может, когда черти будут жарить меня на сковородке, то хотя бы немного убавят огонь.
* * *Иван Николаевич Василенко не изменился с нашей последней встречи ничуть, только в глазах, как и у всех моих сотрудников, появилось неоправданное довольство своей жизнью и уверенность в завтрашнем дне.
Был товарищ полковник по-прежнему могуч, энергичен, а регулярное посещение богатых глистами тропических ебеней наградило его завидным загаром. Выглядел он просто отлично, на зависть просто. Я, кстати, гораздо хуже выгляжу.
Краткая постановка задачи повергла бывшего командира спецназа в шок. У него-то всего две сотни бойцов, пусть и отменно выученных. А тут мероприятие на бригаду-другую.
— У меня, — осторожно начал он, — Сергей Дмитриевич, много вопросов. И самый главный из них такой: как сотни до зубов вооруженных людей проедут через всю страну и вступят в столкновение с… ну, пусть будут, незаконными бандформированиями.
— Легализуем отряд через Контору, — ответил я, человек, который точно знал, что законное бандформирование называется ЧОП и имеет лицензию гособразца. Кое-какие договоренности с конторскими у меня уже имелись. Товарищи на Лубянке проявляли куда больше здравого смысла, чем те, что сидели на улице Знаменка. И деньгами они пока еще избалованы не были. Не наступило их время.
— Это проще, — кивнул полковник.
— Любое, — коротко ответил я. — В пределах разумного. Даже импорт. Таможня даст добро.
— И импортные прицелы с тепловизорами? — неверяще посмотрел на меня Василенко. — И спутниковые телефоны? И броники штатовские? И…
— Да, — отрезал я. — Но быстро.
