В тёмном закутке трактира, где воздух заполоняется запахом старого латыни и потрескавшихся документов, Джоэль Ренье вглядывается в разложенные перед ним бумаги. Повисает напряжённая тишина, окутывающая каждого присутствующего. Это место — убежище магов и ведьм, где каждая страница может быть ключом к сокровищам подземного мира....
Когда-то, очень давно, в глубоком детстве, бабушка рассказывала Лине сказку про темного мага, который сошел с ума от любви к бездарной и перебил полдеревни, экспериментируя с черными ритуалами в попытке подарить магию своей ненаглядной. Та сказка кончилась красочным сожжением обоих влюбленных на главной площади королевства, поэтому маленькой Линетте она не понравилась, и бабушка к ней больше не возвращалась. Ну почему Лина вспомнила о ней только сейчас?
Дверь за спиной закрылась с глухим хлопком. Одновременно с этим на стенах, полу и потолке вспыхнули алым руны.
— Спасибо, что пришли, — промурлыкал Дорнан.
Только лишь на одной силе воли Лина не шарахнулась в сторону от резкой перемены в голосе соседа. Инстинкты так и вопили: ""Беги. Беги отсюда. Скорее"" Но она осталась стоять на месте.
Незачем паниковать, ведь правда? Именно на это и рассчитывал Линден, идя сюда, несмотря на свои подозрения, или, вернее, как раз благодаря своим подозрениям.
"Линетта не глядя нащупала руку Айрторна, коснулась пальцев, однако не получила отклика — теплая кожа и полное отсутствие реакции.
Лина испуганно вскинула глаза и увидела такое же неподвижное, как и рука, лицо с плотно сжатыми губами и ледяной взгляд, направленный на их соседа-маньяка.
— Что? — сорвалось с ее губ.
— Да не может он, — развеселился Дорнан. За год проживания с ним в одном доме Линетта никогда не видела его таким — будто пьяным, безумным. Только сейчас он был опьянен не алкоголем, а чувством собственной власти. — Отличные руны я раздобыл, а? Полное подчинение для черного мага любого уровня. — Дорнан развел руками, описывая ими окружающее пространство. — Весь дом и подвал. И пока цепь не разорвется, никто ничего не сможет сделать.
Люси водрузила банку с бульоном на подоконник и, повернувшись к своему кавалеру, одарила того восхищенным взглядом и прижалась к его боку, едва не мурлыча от удовольствия.
— Дорнан, это не ты, — пробормотала Линетта, все еще цепляясь за безвольную руку Айрторна, как будто он был ее якорем, без которого ее прямо сейчас унесет в открытое море.
— Я, сестренка, — сказал сосед, наконец перестав паясничать.
