После смерти влиятельного Луки Славинского его семья потрясена условиями завещания. Богатство и власть теперь под угрозой, свобода ограничена требованиями покойного. Родня вынуждена пересмотреть свои взгляды на жизнь, оказавшись в центре семейного конфликта, где каждый борется за своё место...
Дом и раньше был мрачным и неприветливым, но раньше он был живым и не походил на остов выброшенного на скалы корабля!
Пронзительно заскрипела висящая на одной петле створка ворот. Вторая исчезла, как и часть бетонного забора, который когда-то заменял обитателям дома крепостной вал. Сейчас ворота этой крепости были распахнуты, а сама крепость тонула в зарослях крапивы и чертополоха.
Сердце уже не просто заныло, а с размаху врезалось в ребра, вышибая из глаз злые слезы. Ю сцепила зубы, пнула ногой куст лопуха и с мрачной решимостью подумала, что дорогу к дому придется прорубать если не мачете, то уж точно лисьим ножом.
Не пришлось ничего прорубать. Настороженную, почти погостную тишину вдруг нарушил мощный механический рёв. Ю вздрогнула от неожиданности, а потом улыбнулась. Как она могла забыть этот звук?! Как могла забыть ту ненависть, которую испытывала, когда слышала его ранним субботним утром, когда сон самый сладкий и самый хрупкий?!
Где-то в самой глубине заброшенной крепости работала бензиновая газонокосилка, вестник того, что цивилизация ещё не совсем покинула это мрачное место.
И почти тут же в зарослях чертополоха отыскалась тропинка. Ю вздохнула. Ещё можно было повернуть назад, уйти, сделать вид, что ничего не было. Её поймут. А если не поймут, то уж точно простят. Но что потом? Как она будет с этим жить?
Дорогу к главному входу Ю нашла бы с закрытыми глазами, но все равно предпочла ориентироваться на рёв газонокосилки, ухватилась за него, как за нить Ариадны, и шла, превозмогая все растущее желание повернуть обратно.
Дом, который со стороны дороги казался унылым гигантский кирпичом, на самом деле имел П-образную форму. Раньше вся жизнь кипела в самом центре этой огромной буквы «П». Линейки, построения и те музыкальные недоразумения, которые администрация называла дискотеками. Раньше там было хорошо и уютно. Раньше там были скамейки, клумбы и кусты. Скамейки нужно было красить, клумбы постоянно полоть, а кусты стричь, но их чуть причудливая, чуть хаотичная компоновка создавала то, что сейчас назвали бы ландшафтным дизайном. Там, у одной из ног этой огромной буквы «П», имелся даже крошечный прудик с такой же крошечной беседкой на манер китайской пагоды. В пруду с весны и почти до самых холодов жили бестолковые и вечно голодные золотые рыбки.
