Автор
Что можно подумать, встретив вдруг на улице РњРѕСЃРєРІС‹, пусть и жарким летом, бегущую Р±осую женщину? Первая мысль – она сумасшедшая. Вторая – не преступница ли? Последняя версия – в яблочко! Однако есть одна маленькая оговорка: Розалия Майкова пока только подозреваемая. Правда, не в чем-РЅРёР±СѓРґСЊ, а в убийстве. Р...
Меня срочно в Екатеринбург послали, вернусь через пару дней, ты как раз успеешь дело оформить».
– Значит, у нас имеется время, – скривилась я. Федосеев мрачно посмотрел на стол и не ответил. Вдруг меня осенило.
– Стой! Насколько я поняла, срок содержания Розалии под стражей истекает?
– Да, сегодня вечером, – подтвердил Иван. – Поэтому я так торопился, думал, она тебе чего наболтает.
– Майкова знала, что ее выпустят? Хотя глупый вопрос, зачем ей тогда бежать.
– Ее никто не предупреждал, – кивнул Иван. – Я же чувствую, она виновна!
– А как поступают, если в наличии только чутье, а улик нет?
– Отпускают, – мрачно ответил Федосеев.
– Давай без всяких тонкостей. Ты мог ее отправить домой?
– Теоретически – да.
– Вот ты это и сделал! Никто не виноват. Розалия Майкова покинула кабинет с разрешения следователя.
Федосеев засмеялся.
— Ты полагаешь, отправить задержанную домой просто? Сказал: «Вы свободны», и ку-ку?
– А что еще?
Иван начал перекладывать бумажки, в беспорядке заваливавшие стол.
– Тут целая волокита, вплоть до выдачи личных вещей. Не один час пройдет, пока человека оформят.
Я было загрустила, но через пару секунд поняла, как следует действовать.
– Значит, милиционер говорит: «Вы свободны», и заключенного начинают готовить к выходу.
– Ну… в принципе так, хотя в действительности…
– Отлично, – оборвала я Федосеева. – В таком виде версия будет выглядит убедительно: объявил Майковой об освобождении, вышел на минуту из кабинета, а Розалия, незнакомая с процедурой, посчитала, что может уходить, и адью!
– Я идиот?
– Слегка.
– Ужи не знаю…
– Зато я не сомневаюсь, что так ты сумеешь выпутаться из глупой ситуации. Никому не рассказывай о фрамуге и туалете, а тверди: она ушла, сочтя себя свободной. Я же тем временем займусь проблемой.
Иван с тоской глянул на меня.
– Какой?"
"Все-таки мужчины морально более слабы, чем женщины. Ну почему Федосеев превратился в кисель? Главное в нашей жизни – не терять надежду и никогда не сдаваться, выход найдется даже из тупика.
– Вань, – ласково сказала я, – у нас имеется пара суток до возвращения Дегтярева и плюс к ним время до прилета в Москву генерала. Итого примерно две недели. Ты теперь не один, рядом буду я.
