Автор
В темном общежитии прерывается дневной шум, и наступает меланхOLический крик — "Слушай, большому начальству виднее чего и как...". Кто-то упрямится против авторитетов. Новый охранник суетится перед входом, словно плененный неожиданным рассказом или дракой в коридорах. А кто-нибудь, похоже, уже готов к темноте и одичанию за пределами общежития — словно зверюга на свободе, привлекающий подозрения....
Вскрыть можно за пару минут. Конечно, у меня больше времени теперь уходит. С непривычки. Приходится повозиться.
Похер.
Главное, что раздается щелчок. И остается лишь повернуть ручку, толкнуть дверь, переступить порог.
Она здесь.
Сразу чувствую. Ее запах. Такой ни с чем не спутать. И не только запах. Все прямо вопит. Рефлексы обострены до предела. Ощущаю — в момент ведет.
Уже после отмечаю детали. Механически. Обувь в прихожей. Плащ на крючке. Захожу в гостиную и вижу чемодан на полу. Разобран. Но не до конца.
Все наспех.
Она явно готова в любую секунду отсюда сорваться. При необходимости. Не расслабляется. Знает, что ищу. Вот и остается настороже.
И какой же у тебя план, Катя?
Осматриваюсь. Изучаю комнату за комнатой. Но ее нигде не видно.
Значит, вышла. Вещи тут. Не уехала пока.
Прогуливается?
На кухне останавливаюсь. Открываю холодильник. Почти пустой. Оборачиваюсь, вижу на столе полупустой заварник.
Ближе подхожу. Беру недопитую чашку. На краю виднеется слабый след ее губной помады.
Травяной чай.
Вкусно. От ее губ.
На полках особо еды не замечаю. Одна упаковка каши. Практически на дне. На такие запасы Катя не рассчитала. Пришлось пополнять.
Поэтому ушла?
По ходу в сельский магазин двинула. Тогда скоро вернется.
Смотрю на часы.
Ставлю чайник. Новую порцию чая завариваю. Приподнимаю жалюзи так, чтобы видеть, когда Катя вернется.
Долго ждать не приходится.
Она появляется, когда чай готов. Приоткрывает калитку. Как-то странно застывает.
Блять, не мог я ничего такого оставить, чтобы она заметила. Знаю. Никаких следов на улице не было.
Но она все равно что-то чувствует. Прямо заметно это. Меня чует. Безошибочно. Как и я ее.
Вот и не решается пройти вперед. Медлит. И тут уже у меня самого почти нервы сдают. Готов выйти. Помочь.
Однако она наконец шагает во двор. Поворачивается спиной к окну. Закрывает щеколду. Получается не сразу. Мешает пакет, который висит у нее на руке.
Точно в магазине была.
На лицо ее смотрю.
Бледная такая. Взволнованная."
"И от того, что подмечаю это, становится пиздец как хуево. Потому что все это мне совсем не по вкусу. Не должна моя женщина так дергаться. Еще и от меня самого, блять.
Вот что за хуйня?
Злой был. Да. Охренеть как меня изнутри от гнева раздирало. А теперь смотрю на нее и понимаю, что поебать. На все поебать. На обман ее, на то, что так лихо удрала.
