— Нет, но имеется очень неприятная супруга. Проверено на собственном опыте — придется отбиваться…
Тут у меня возникло с трудом преодолимое желание нас обеих накормить успокоительными пилюльками, припрятанными в сумочке на тот случай, если кто-нибудь из сестер от наплыва эмоций решит поскандалить с подавальщиком.
— Господа, десять тысяч! Кто больше?
Публика утихла, вычисляя, кто еще сильнее тронулся умом, чтобы по цене королевского коня приобрести танцульки с девицей, спрятавшей лицо за жутковатой маской серийного маньяка.
Я даже не знала, радоваться мне или печалиться, что сравнялась по стоимости с породистым скакуном.
— Двадцать пять тысяч, — прозвучал в паузе, переполненной хмельным азартом, спокойный мужской голос. И будь я проклята, если не знала, кому принадлежит мягкий баритон человека, привыкшего говорить негромко, ведь обычно его прекрасно слышали с первого раза."
"Люди оборачивались к высокому мужчине в черной полумаске и в превосходно сидящем фраке. По-другому, нежели превосходно, костюм сидеть просто не имел права, ведь он наверняка был заказан у королевского портного.
Таннера ди Элроя я знала недолго, но уже поняла, что на половинчатость он никогда не соглашался. Даже Золушку для бала себе купил. Интересно, как бы Дракон отреагировал, узнав, что под маской пряталась растяпа-стажерка?
— Танец уходит господину в черном фраке за двадцать пять тысяч шиллингов!
Совершенно точно от прилива чистой, ничем не замутненной радости организатор находилась на пороге летаргического пятидесятилетнего сна, как не к месту упомянутая бедняжка Поппи.
Конечно, ведь на эти деньги можно полгода кормить половину сиротских приютов Аскорда.
— Наш аукцион закончен! — объявила она и снова склонилась ко мне: — Милочка, я не знаю, чем вы привлекли Таннера ди Элроя, но на вашем месте я бы не теряла времени даром. Он абсолютно эксклюзивный товар!
Музыканты заиграли медленную, пронзительную мелодию. Народ разошелся, освобождая танцевальную площадку, а я с громыхающим сердцем следила, как ко мне подходит собственный шеф… Вложила влажные, ледяные пальцы в протянутую ладонь и пролепетала:
— Должна предупредить, что я совершенно не умею танцевать.
— Не переживайте, в танце главное — умение партнера, — уверил он и ловким движением заставил меня повернуться вокруг своей оси. — Согласны?
Равновесия, в отличие от дара речи, я не потеряла и просто согласно кивнула. Горячая рука Таннера скромно лежала чуть повыше моей талии.
