Вечером я приехала на заправку за полным бака бензина. Внутри здания было тихо, но что-то необычное напрягло мою душу — мрачный шепот и странные отблески света в глазах человека на стойке регистрации, который внезапно устремился ко мне. Этот случай вырвал меня из привычного ритма жизни и запутал сомнениями о том, что заставило меня здесь оказаться в этот момент.
— И как ты это определил? Вроде бы никаких пентаграмм тут нет, следов проведенного ритуала тоже.
— Ритуал занял бы гораздо больше времени, чем понадобилось Шарлотте, чтобы стать одержимой, — проигнорировал он мой первый вопрос, обернулся, чтобы дать распоряжения своим гвардейцам, но внезапно склонился в поклоне.
Я тоже оглянулась и увидела принца Карлайла в окружении своей свиты. Был там и Леонардо, который разглядывал меня с особенным интересом.
— Что здесь происходит? — чуть жеманно вопросил принц.
Я посмотрела на Армана и поняла, что ему ну очень не хочется при всех распространяться о произошедшем, и деликатно сама спрятала руку со стаканом за спину.
— Мы ищем леди Шарлотту ан Хорман, ваше высочество, — наконец ответил он.
— Кто это? И почему вы ищете ее здесь? — удивился принц Карлайл.
— Это жена посла Антема. Поступили сведения, что она находится в вашем крыле.
— Глупости. Я эту леди в глаза не видел. И зачем вы искали ее в такой… странной компании? — оглядел он меня и гвардейцев канцлера.
— Ваше высочество, я буду рад вам об этом рассказать в более подходящее время. Ее величество уже давно вас ждет. Королева интересовалась, почему вы манкируете ее вечером.
— Да? Что ж, хорошо. Расскажете потом.
Принц понял, что эти сведения не предназначены для широкой публики, которая его сопровождала, и собрался уже уходить, как вдруг вопрос задал Леонардо:
— Господин канцлер, а что с вами делает леди Анна ан Шэрран?
Принц заинтересованно на меня посмотрел, но пересекся взглядом с Арманом и внезапно произнес:
— Ах, Леонардо, ты ни о чем, кроме дам, и думать не можешь. Пойдем, матушка уже меня заждалась.
И вся честная компания покинула гостиную.
После минутного молчания, во время которого Арман задумчиво буравил взглядом закрывшуюся дверь, а я не решалась прервать его размышления, он произнес:
— Пойдем. — И предложил мне руку, чтобы я на нее оперлась.
— А куда, если не секрет?
— Не секрет, — невесело усмехнулся Арман. — В мой кабинет.
— Хорошо. Но знаешь, если после всего случившегося ты мне не расскажешь, что так рьяно скрываешь, то это будет настоящим свинством.
Я была уверена, что теперь по дворцу поползут шепотки о том, что я новая фаворитка канцлера, но что-либо изменить была не в силах, потому старалась постигать дзен. И крепко зажатый в руке стакан почему-то этому очень способствовал.
До кабинета мы дошли молча. У двери остался удвоенный конвой гвардейцев.
