Автор
В клубе уже густо набилось молодёжь, дым и веселье нарастали. Внезапно сирена прорычала — кто ж знает, вдруг серьёзная опасность? Все оказались на улице, прилипшие друг к другу, как клещи. Яркая атмосфера студенческой вечеринки взбудоражила и наполнила необычайной энергией воздух....
У меня задание, подвезти тебя до ночлежки. Не могу же я бросить бедную девочку без помощи.
Я не успела даже вскрикнуть, как меня подтащили к черной дорогой машине, стоявшей за углом общежития, кинули на заднее сидение и заблокировали двери. Сам Тобольский-младший сел впереди и жестом велел водителю трогать.
– Это похищение! Я буду жаловаться!
От страха у меня зуб на зуб не попадал. Вряд ли меня спасут, но Гелька видела, с кем оставила меня. А когда меня хватятся, Тобольских вывернут наизнанку, но накажут.
– Серьезно? – ухмыльнулся Александр. – Кому? Никите? Так он сам и приказал обеспечить тебя ночлегом.
– А кроме Никиты жаловаться больше некому? Или вы больше никого не боитесь?
С последним я угадала… Тобольский ничего не ответил, но и не рассмеялся в ответ на мой вопрос. А значит, я права. Нет на них управы, кроме Тобольского-старшего. А он точно такой же отмороженный на всю голову.
Мы неслись по темным подмороженным улицам города.
Самое простое, меня выбросят за городом и уедут. Мало приятного оказаться ночью на трассе, но есть шанс вернуться к Гельке, взять телефон и позвонить родителям. Но я в Тобольских верила, они не пойдут простыми путями.
Что будет на этот раз? Снова клуб? Или стоянка дальнобойщиков? Может, вывезут в посадки и привяжут к дереву? Умирать, так весело?
Твари…
Ублюдки…
Ненавижу! И если выживу, найду способ, как им вернуть все мои слезы до капли!
– Ир, что же ты с Ником не договорилась? Я честно думал, что тем вечером все и порешаем.
Тобольский сидел ко мне вполоборота, с подсвеченным снизу приборной панелью лицом. Я не могла видеть его выражение, но судя по голосу, он впервые не издевался.
– Знаешь, когда я выходила, то честно, верила, что Ника там не будет. Ты обещал все уладить.
– Так я уладил. По Стасу мы договорились. У тебя остались счеты только с ним. Тут я пас договариваться.
– Ничем.
– За ничего он не наказывает.
Я фыркнула и отвернулась к окну, неожиданно узнавая наш междугородний вокзал.
Автомобиль стал снижать скорость, подъезжая к центральному входу.
– Переночуешь здесь, – проговорил Тобольский. – И возьми это. Не потеряй. Ник тебя наберет, когда придет время.
Он протянул мне допотопный кнопочный телефон, и как только я его взяла, дверь разблокировалась.
