Там было уныло и скучно. Русские царицы превращались в затворниц, которые только и могли, что тосковали в своем тереме. Одна из них сидела за окном, зевая от скуки, пока рядом мастерицы вышивали великолепные иконы. Царица даже боролась со своей усталостью, пытаясь найти хоть что-то интересное в жизни - будь то искусство вышиванья или простые обязанности царевны....
Страдал, конечно, ни мало ни много, а целых 20 лет, ибо любил Диану вечно, независимо от того, какую очередную внучку она выдала замуж и сколько зубов у нее на сегодняшний день осталось. И когда он накрыл свою любовницу с маршалом Бриссаком, хотя тот поспешно под кровать забрался, то спокойно сделал свое дело, стараясь своей тяжестью не очень-то придавливать притаившегося внизу Бриссака, а потом, устав после этой работы, попросил конфет, чтобы подкрепиться, затем потом горсть их бросил под кровать, говоря: «Ешь, Бриссак, подкрепляйся».
Клавдий Тиберий вручил неверной жене Мессалине меч, прося ее достойно покончить со своей недостойной жизнью. Мессалина упиралась, а стоящая рядом ее мать уговаривала:
«Не бойся, мое дитя, это не больно. Воткни только поглубже».
Но Мессалина, смелая в ночных походах по ближайшим борделям, трусила. Стоящий рядом воин, не терпящий трусости, помог ей разделаться с жизнью.
Генриэтта Английская, муж которой Филипп Орлеанский изменил ей со своим слугой, отомстила весьма оригинально: взяла и сделала этого слугу своим любовником.
Изабелла Французская расправилась с мужем-гомосексуалистом Эдуардом II Английским еще покруче: она не только его любовника кастрировала, но и трон у мужа забрала: «Не блудничай, негодяй ты эдакий!»
А Людовик XIII, узнав о шашнях своей жены Анны Австрийской с герцогом Бэкингемом, занимавшимся с ней любовью прямо на траве Версальского парка и заставившим ее сказать такие вот исторические слова: «Все мужчины грубы и нахальны», — лишил ее трона.
