Деревню Атлас не стало. Стрельцы перебросили всю охрану в эту лошадиную кавалерию — и вот теперь она ждет в поле, а мы сидим на крыше дома. Словно налетели мы из небес на этот мир, словно вырвались в свободное плаванье... Но что за охота? Мы тут люди! Вот уж не думала я, что когда-то прибываю сюда и отправляюсь обратно — в лошадиную кавалерию....
Воспитание и интеллект шкалили невозможно, парнишка болтал простодушно: — мы с дружком грибного супа надергались и поперлись купаться в Центральном фонтане. Ну там, сам понимаешь, туда-сюда-обратно. Бошки дурные под грибами, не хватило. Начали мы статуи на каскаде изображать. В смысле, пристраиваться к тамошним мраморным теткам. Они голые, мы тоже. Ну, для красоты же все, а ты че подумал? Мой придурок возьми, да и засунь хрен одной в рот, там почему-то вода не шла. Раз-раз-раз, а вытащить не может, ну ты сам понимаешь, кончать надо, а тут барон нарисовался, не сотрешь.
— Кла-а-асс! — я ржала до слез, мешала шампанское с греноблем и наслаждалась, — ты просто клад, парнишка Лу! А я тебя сразу и не распознал.
Центральный фонтан! Неназываемый! Спасибо.
Я сдрейфила по всем фронтам, это есть. Но и охотник со своими кудрявыми угрозами пробросался. На меня нельзя давить. Я не выдерживаю. Отказывает инстинкт самосохранения, когда чужой сапог давит в горло. И. У меня сложные отношения с алкоголем. Непредсказуемые.
Фонтан, понятное дело, был. Я рвалась к нему, как морской волк. Или дельфин. Или котик. Тащила бедняжку Лу за собой, как главное условие выживания. Где-то так оно и было. Мой бедный ум время от времени выбрасывал команду: целуй придурка, делай вид! Это плохо удавалось.
Я села в кровати. Неназываемый, спасибо! Неизвестный, но очень добрый человек снял с меня мокрое и нарядил в большую белую рубашку с длинными рукавами и кружевной оторочкой, укрыл пледом и оставил открытым окно.
