Деревню Атлас не стало. Стрельцы перебросили всю охрану в эту лошадиную кавалерию — и вот теперь она ждет в поле, а мы сидим на крыше дома. Словно налетели мы из небес на этот мир, словно вырвались в свободное плаванье... Но что за охота? Мы тут люди! Вот уж не думала я, что когда-то прибываю сюда и отправляюсь обратно — в лошадиную кавалерию....
Первый блин
— Принять упор лежа, — ласково сказал мне Ваня. Потрепал по плечу. — Пять отжиманий. Давай по-бырику, брат, на нас смотрит начальство.
И действительно. В теньке открытой зеленой палатки за рингом собрались люди, от которых зависела моя судьба. Подъехавший неспешно на любимом жеребце бригадир спешился. Пощелкивал стеком по голенищу и слушал доклад судейской бригады. Прибежал доктор, затараторил быстро, брызгая слюной. Махнул лапкой в мою сторону. Начальство с интересом прищурилось. Светловолосый комэск глядел в бок и смотрелся в профиль неплохо.
— Ленька, старайся! Давай, типа ты готовишься к службе, пусть видят старание. Начальство рвение любит, разве это мышца? Кисель! — бубнил Иван себе под нос, щупая и расставляя мое бедное тело для правильного упора лежа. — Как ты бойца на ринге умудрился завалить, да еще нокаутом? Не понимаю.
Я промолчала, уткнувшись носом в теплую землю. Мой друг и брат перешагнул через меня одной ногой.
— Новая метода, Иван? — веселый вопрос от любителя девушек.
— Старая добрая классика. Лечебная физкультура для дистрофиков. Курсант Петров у меня через месяц сдаст норматив, а через два и тебя, Макс, на лопатки уложит, — безоблачно улыбался Иван. Тыкал меня носом в землю и поднимал обратно в воздух. Я участия в его лечебных процедурах не принимала.
— Поставь испытуемого на ноги, Иван, — велел другой голос. Зеленая куртка, не иначе. — Я хочу ему пару вопросов задать.
Весенняя травка перед глазами сменилась видом разных и не очень добрых мужчин. Хвала Неназываемому, самое главное начальство убыло, стуча подковами в молодую траву. Решение принято или дальше станут мучать?
Побратим поделился со мной водой.
— Эй ты, как тебя, представься.
— Курсант Петров, — ляпнула я недалеко. И впервые поглядела на комэска в упор.
Совершенно иногда не понятно, зачем Неназываемый творит таких людей.
Зеленая куртка очевидно метил в полубоги. Летчик. Рост, талия, шея, плечи, античные кудри, мягкие губы, серо-голубые глаза. Два метра мужской безупречности. Задница в галифе и блестящие сапоги. Баронская золотая печатка на мизинце левой руки.
