Деревню Атлас не стало. Стрельцы перебросили всю охрану в эту лошадиную кавалерию — и вот теперь она ждет в поле, а мы сидим на крыше дома. Словно налетели мы из небес на этот мир, словно вырвались в свободное плаванье... Но что за охота? Мы тут люди! Вот уж не думала я, что когда-то прибываю сюда и отправляюсь обратно — в лошадиную кавалерию....
Две старшие барышни, совсем уже невесты, расставляли на столе закуски. Очень аккуратно и совсем не быстро. Грели уши в разговоре.
— А зачем? — осклабился вонючий недотырок.
— А вдруг он лишайный, или безносый, или слепой? — старшая женщина в семье степенно перечисляла обстоятельства. Одна из девиц принесла на тяжелом подносе фарфоровый чайный прибор.
— Слепой? А что, это мысль богатая: ни черта не видит, никуда не удерет, — похахатывал, причмокивая от собственного воображения, пришлый вонючка. Протянул коричневую лапу к прозрачной вазе с марципановыми крендельками.
— Я бы так и сделал сам, своими руками, да возиться неохота. Нормальное у него лицо, ребята его слегка подправили, но нос и уши целые. Только об чем базарим? Ты же не для чтения его покупаешь, сестрица, — заржал откровенно похабно продавец, — давай я лучше галифе с него сниму. Ты офигеешь, милая, зуб даю!
Женщина брезгливо поморщилась, ее питомицы сделали вид, что они не здесь. Кей-Мерер в своем мешке переступил с одной голой ноги на другую.
Сквернословя вполголоса, человек в перчатках выплеснул на невольника воду из кувшина вместе с ромашками.
— Есть здесь кто-то, кого я знаю? — хрипло произнес командир. Замызганная тряпка намокла и липла к его губам.
Никто его не понял. Девчата переглянулись и пожали плечами. Видать, высокий имперский в этом милом местечке был не входу.
Я промолчала. Я никак не могла придумать, что же мне делать. Наган в правом кармане брюк обещал некие перспективы.
Мешок на башке комэска съехал вбок. Сквозь кровь и грязь на теле проступил рисунок. Пятнистая кошка все так же пыталась прикрыть собой хозяина от вражеской нечисти. Скалила на шее мужчины злую пасть.
