4 марта 1950 года. Генерал-лейтенант Павел Судоплатов сидит за столом в подземной шифровальной комнате КGB, ожидая команды от начальника отдела по борьбе с диверсиями. Вдруг зазвонил телефон: поручение немедленно прибыть к Судоплатову. Напряжение нарастает, атмосфера ожесточенной борьбы скрадывает мир в тени секретных коммуникаций и перехватываемых сигналов....
Ему повезло, он сумел захватить милицейский мотоцикл.
Карп на допросе у Боровича все подтвердил. Говорил путано, сбивчиво, но в целом все совпало. Главное состояло в том, что он пришел один, с остальными новичками знаком не был, и в той стычке, кроме него, никто не выжил.
Боровича беспокоило другое – рассказ Карпа о том, что незадолго до боя под Белохаткой они встретили в лесу небольшую группу УПА, в которой он опознал двоих бывших партизан. Этот субъект сталкивался с ними в бою еще в сорок втором году. Тогда ему чудом удалось спастись.
Это было плохо. Карп мог навести кого-то на мысль о советских разведчиках, засылаемых в банды УПА, или даже о липовых отрядах, выдающих себя за националистов. Как раз на такой отряд, собранный из бывших партизан и оперативников НКВД, и наткнулся Вепрь со своими бойцами. Именно поэтому за ними охотились и все же накрыли под Белохаткой.
– Покажи на карте, где базируется этот отряд, – велел Борович.
Карп подошел к самодельному столу, чуть повозил грязным пальцем по карте, потом уверенно обвел ногтем лесной массив южнее Сосновки.
Борович кивнул, доверительно похлопал Карпа по плечу и проговорил:
– Молодец! Ты очень помог нам тем, что нашел врага в нашем стане и выжил в неравном бою. Тебя отметят!
– Я не за награды сражаюсь, – гордо выдал Карп. – Слава Украине!
– Героям слава! – ответил Борович. – Сейчас мои хлопцы тебя проводят, герой. Надо будет отмыться, выспаться, а потом готовиться к новой борьбе. У нас впереди много славных дел.
– А остальные?.
– Вас распределят по сотням. Командиры проверят вашу боевую выучку, если надо, пройдете дополнительную подготовку по минированию, проведению диверсий, сбору разведывательных данных. А пока отдыхай.
Борович подошел к двери, открыл ее и позвал Семена Байбакова, дежурившего сегодня у дверей штаба. Здоровенный, постоянно улыбающийся боец ввалился в землянку, согнув шею. Потолок был для него здесь заметно низковат.
– Скажи, чтобы Карпа отвели во вторую сотню! – приказал Михаил и добавил: – Это добрый хлопец!
– Слушаюсь, Ворон! Я понял.
Семен вывел оуновца из землянки и окликнул бойца, как раз проходившего мимо:
– Эй, Михайло, будь другом, позови Полянского.
Через пару минут из-за деревьев выбежал еще один крепкий парень, что-то дожевывающий и вытиравший рот тыльной стороной руки.
– Что, Сеня?
– Смени меня на пяток минут, Стас.
