4 марта 1950 года. Генерал-лейтенант Павел Судоплатов сидит за столом в подземной шифровальной комнате КGB, ожидая команды от начальника отдела по борьбе с диверсиями. Вдруг зазвонил телефон: поручение немедленно прибыть к Судоплатову. Напряжение нарастает, атмосфера ожесточенной борьбы скрадывает мир в тени секретных коммуникаций и перехватываемых сигналов....
Среди кустарника оуновцы расчистили две площадки, расположенные в полуметре друг от друга. На каждой мог лежа расположиться только один человек. Землю бойцы выстелили хвойными лапами и накрыли брезентом.
Три сектора наблюдения были подготовлены с особой тщательностью. Обнаружить секрет было очень сложно, особенно если не знать, где он находится.
Но солдаты внутренних войск НКВД, осторожно и почти беззвучно подходившие к противнику, знали об этом месте. Четверо автоматчиков залегли в десятке метров от кустов, повинуясь знаку командира.
Еще два офицера контрразведки СМЕРШ сняли фуражки, сдвинули по ремням за спину кобуры с пистолетами и приготовили армейские ножи. Молодые крепкие старшие лейтенанты. По ним даже не скажешь, что они могли быть фронтовиками. Но количество орденских колодок на груди каждого говорило о многом."
"Через несколько минут молодые офицеры, исчезнувшие в лесу, оказались позади оуновского секрета. Бросок двух гибких тренированных тел был быстрым и почти одновременным.
Такие же группы сходились к поляне с землянками еще с двух сторон.
Войти в лагерь без шума все же не удалось, но на это никто особо и не рассчитывал. Бойцы УПА имели очень хорошую подготовку и солидный боевой опыт. Но самое главное было сделано. Советские солдаты застали противника врасплох.
Гортанный крик, пистолетный выстрел, потом две автоматные очереди всполошили сперва спящих птиц, а потом и весь лагерь. Солдаты бежали между деревьями, прикрываясь стволами и стараясь подолгу не находиться на виду у врага. Как только со стороны землянок прозвучала первая автоматная очередь, в ответ ей мигом ударили ППШ, полетели гранаты. Лес наполнился шумом боя.
Оуновцы выбегали из землянок, пытались занять оборону за накатами крыш, за обрезками бревен, предназначенными для строительства, за поленницами дров, но один за другим падали от автоматных очередей, которые раздавались с трех сторон.
В землянки, которых достигли солдаты, полетели гранаты. В воздух взмывали обломки древесины, какая-то труха, земля и дерн.
Два старших лейтенанта, снявшие часовых на первом секрете, бежали с пистолетами в обеих руках, но стреляли мало. Они зорко наблюдали за боем, перемещались между солдатами, выкрикивали команды и советы.
