Внутренняя безопасность отстроила ловушку для потенциальной террористки, но их план разыгралась в невероятном масшателе. Вечерний звонок Данила Гордеева срывает молчание и заставляет прозревать скрытые угрозы в городской атмосфере.
Я угнал отцовский вездеход, — Дмитрий откинулся на свое сиденье, а я только заметила, что машина стоит у обочины.
— Я помню мы шли пешком, — прошептала я.
— Кончился бензин, — Дмитрий вдруг улыбнулся, прикрыв глаза, и улыбка так осветила его лицо, что я наконец узнала, действительно увидела в нем своего самого дорогого друга. Ради которого сама заблокировала все воспоминания о базе.
— Я никому не рассказала, — тихо призналась.
— Не важно. Базу все равно перенесли.
— Тебе сильно попало?
— Не убили, как видишь.
— Но зачем?
— Ты все время плакала, — охотник вдруг нахмурился, снова замыкаясь.
Он завел машину и отъехал от обочины. Но я не поверила ни строгому виду, ни грубым словам.
— И поэтому ты следишь за мной? Пришел тогда в квартиру, приехал сейчас?
Дмитрий раздражённо двинул плечом и промолчал. Я пристально смотрела на него, а он также внимательно смотрел на дорогу.
— Спасибо, — просто прошептала я. Охотник не ответил.
Глава восьмая
""Знание — сила, но иногда — боль"".
Святослава Гордеева.
Вроде и не задумывалась о том, что мне предстоит увидеть, но все равно удивилась. Подсознательно ожидала что-то похожее на закрытую базу, подобную той, где я была на сборах. Да и в памяти остались безликие корпуса и лаборатории.
Но заехали мы в очень аккуратную — прямо с картинки — деревню. Или мини город. Несколько улиц с рядами небольших домов — разных, но в то же время похожих своей простотой и ухоженностью. Заборов практически не было, от улицы участки отделялись либо кустами, либо вазонами — большей частью пустыми, ввиду ранней весны или с вечнозелёными карликовыми растениями.
— Не ожидала? — хмыкнул Мит, глядя, как я припала к стеклу, разглядывая улицу.
— Красиво, — честно признала я. — Ты здесь живёшь?
— Нет. Здесь живут родители. И твоя племянница сейчас тоже здесь.
— Дим, а почему ты жил в корпусе, а не с родителями?
— Раньше так было принято, — сухо ответил охотник, заворачивая на лужайку у одного из домов.
— А сейчас?
— По-другому.
— Мира здесь? — спросила я, когда он выключил двигатель.
— Нет.
Резко развернулась к нему.
— Ты же обещал!
— Она уже заснула. Хочешь напугать ребенка посреди ночи?
— Ещё не ночь даже, — буркнула я, глядя на часы в машине.
— Слушай меня внимательно, мелкая. Все, что я тебе пообещал — это отвезти к племяннице. Я не могу дать гарантий, что смогу вывезти ее или даже тебя.
