Герой попадает в первую половину XIX века в Южный Китай, где разворачиваются Опиумные войны. Под покровительством древней богини Мацзу, защитницы моряков, ему предстоит пережить столкновение цивилизаций и противостояние британской агрессии против великой древней империи.
— Мы заберем всё оставшееся, — предложил Бао Пын.
— Если успеете за две ночи, — предупредил я. — Сюда идет большая эскадра гвайлоу. Не хочу, чтобы они увидели.
— Уложимся, — заверил он.
Мы нагрузили всех «взлетающих драконов» до рассвета.
— Будьте осторожны. Сюда утром поплывет военная джонка, — предупредил я перед расставанием.
Боа Пын понимающе улыбнулся и кивнул. У меня появилось впечатление, что мы с ним вместе разводим кучу народа, не разбираясь, где свои, где чужие.
Ван Сяомэй пригреб во второй половине дня, как будто сам сидел на веслах и делал перерыв на послеобеденный сон. Наверное, хотел показать, что не такая уж я важная птица, чтобы лететь ко мне стрелой. С трудом передравшись на шхуну, он всем своим видом показывал, что главнее меня, что приплыл только ради того, чтобы послушать нижайшую просьбу никчемного гвайлоу. Я не стал издеваться над пожилым неудачником, потому что время поджимало: сегодня вечером, самое позднее завтра днем должна прибыть британская эскадра.
— Мы сейчас быстро перегрузим на твою джонку кое-что очень большое и тяжелое, завернутое в джутовую ткань и завязанное. Ты доставишь его нашему общему знакомому как можно быстрее. Это дело государственной важности. Никто не должен видеть, что там, и рассказывать, что что-то брали у меня, и вообще вас здесь не было, — строго изложил я и добавил малость сладкого: — Уверен, что успешное выполнение этого задания не останется без награды.
— Я все понял, выполню, как надо! — сразу подтянувшись внешне и внутренне, отчеканил Ван Сяомэй.
Он лично проследил за перегрузкой и даже спустился в трюм джонки, чтобы проверить, не порвалась ли ткань. Уверен, что Ван Сяомэй, как и многие члены экипажа джонки, догадался, что это пушка, не похожая на их собственные. Гвайлоу продают секреты китайцам, китайцы — гвайлоу… Международный пинг-понг.
53"
"У меня сложилось мнение, что в Китае не может быть секретов в принципе. Слишком много людей в этой стране. При такой толкотне трудно что-то скрыть. Вот где раздолье для шпионов. Просто слушай и запоминай. Уверен, что и среди членов моего экипажа есть доносчики, которые подробно сообщают циньчай дачэню и не только ему, где бывала шхуна, что возила и чем занимался судовладелец на берегу. Не знаю, кто проболтался Линю Цзэсюю о моей симпатии к Мацзу, но во время погрузки шелка у острова Вампоа приплыл на сампане посыльный — тот самый юноша, который готовил нам чай в резиденции циньчай дачэня — и вручил подарок от друга из Хоугуаня.
