Автор
Температура у Евы роскошная — 38. Малышки хныкают и кривляются между нами с дрожью в теле. Опьяненная болью за каждого здорового ребенка, я не могу отвести глаз. Крестная стучит по столу так оглушительно, что кажется, будто вся квартира гудит в ответ. Это самое страшное время — когда хочется вскрикнуть, но вместо этого я завыю и буду прикрывать глаза от ужаса....
У меня почему-то нет никаких сомнений, что, стоит только Захару узнать о том, что дети и правда его, он испарится как дым.
Ну, мне очень хочется, чтобы было именно так… Эгоистично, да. Но мы прекрасно жили до того, как Захар появился в моей жизни снова.
Собираю сумку. Алена удивленно хлопает глазами.
– Ален, планы немного поменялись. Мне сегодня нужно отлучиться, но я вечером приду и все доделаю по своей части. А завтра буду с тобой вместе.
Кивает и переводит взгляд за окно, где у машины стоит задумчивый Захар.
– Все в порядке, Юль?
Показываю большой палец и тяну губы в улыбке.
– В полном.
– Хорошо, я тогда пока займусь пересадкой гортензий.
– Отлично, да. До вечера, – машу ей и, набрав в грудь побольше воздуха, выхожу на улицу.
Захар с кем-то говорит по телефону, и я успеваю услышать последнюю реплику:
– Да, давайте я вас дождусь на въезде в поселок.
– Садись, – кивает на машину и сам идет к водительской двери.
Выгибаю бровь.
– Можно было и дверку открыть, – бурчу, чтоб Захар не услышал.
– А у дамы свои руки откуда надо растут. Сама справится, – отстреливает Захар.
Прикусываю щеку, чтобы не начать перепалку. Хотя очень хочется вонзить в него какую-нибудь «шпильку». Да так, чтобы ему побольнее было. Но в голове пустота. Я не уверена, что сейчас смогу придумать достойный отпор. Да и сил нет.
Все мои мысли переключаются на тест и на Еву с Егором.
Захар тормозит возле стелы с названием нашего поселка и нервно стучит по рулю.
– Да не переживай ты так, я не жду от тебя какого-то участия в жизни детей.
Захар резко дергает головой. Прищуривается.
– А я тебя и не собираюсь спрашивать.
– Что? – выдыхаю, а у самой в груди что-то болезненно сжимается.
Не сразу соображаю, что это может быть, но когда до меня доходит, что меня просто-напросто дико задевает вот такое отношение Захара к себе, то мне становится дурно.
Надо же… как быстро я привыкла к тому, что Захар заигрывает и флиртует со мной. А стоило ему переключиться и стать таким чужим, я готова чуть ли не расплакаться от досады.
– Что? Ты же меня ни о чем не спрашивала.
Рычу, сжимаю кулаки. Надо как-то держать себя в руках, чтобы не скатиться до оскорблений и хамства.
Я же девочка…
– Я спросила. В наше последнее свидание. Что ты сделаешь, если я все же забеременею…
В салоне растет напряжение. Захар долбит по рулю и поворачивается ко мне.
– Но ты не сказала, что ты уже носишь моих детей, – орет так, что хочется уши закрыть.
