Тонкий том с обложкой из серой матовой бумаги лежит на столе, словно таинственное создание из другой реальности. Книга кажется легкой и безобидной, но внутри она хранит мощь и сложность, непостижимую для обычного языка. Следует за каждым пером, каждый словом, чтобы раскрыть ее сокровище – это настоящий Манускрипт дьявола....
Бывает, одна штука – дороже иномарки!"
"На Максима находка оказала странное воздействие. Он стоял, не в силах оторвать взгляда от двух монет на своей ладони. Его поразила не их стоимость, а древность. Тысяча девятьсот третий год оказался рядом, близко-близко, отразился в блестящем профиле императора, повеяв смутой и близкой революцией. Максим перевернул верхний кругляш. Двуглавый орел, растопырив лапы, надменно взирал на него с другой стороны, и мальчик провел пальцем по скипетру, зажатому в когтях.
Одна монета была блестящей, как будто ее совсем недавно чистили, вторая – тусклой.
– Держи. Эта будет твоя.
Она сперва не поняла, потом захлопала ресницами:
– Ты что, Макс, с ума сошел?! Правильно Леха сказал – они же кучу денег стоят!
– Какая разница? Это клад! Втроем искали – значит, делим на троих. Все по справедливости.
Лешка замер, зажав свою в кулаке:
– Ты чего, в самом деле хочешь каждому по монете?
Максим похлопал его по плечу:
– Бери, не сомневайся!
– Спасибо, Макс! Слышишь, Куликова – вот что значит настоящий друг! Еще не знает, за сколько эту денежку толкнуть можно – а все равно отдает!
– Дурак ты, – беззлобно отозвалась Тошка.
– А из-за чего?
– Из-за нас, – туманно ответила Тошка.
Максим бросил на нее быстрый взгляд – ему показалось, что он понял, о чем она говорит. Ему снова стало радостно – как тогда, когда они сидели у реки, – и он рассмеялся, сам не зная чему.
* * *Сергей позвонил, когда Илюшин разговаривал с Алексеем Баренцевым.
– Соседи ничего не слышали – деловито сказал Бабкин, – но ее видели дети из соседнего дома. Куликова выходила из подъезда в сопровождении двух мужчин. Они говорят, что ее силком посадили в машину темно-синего цвета, но марку ребятишки не разглядели.
– Во сколько это было?
– Приблизительно в два, точнее никто из них сказать не может.
– Достаточно и этого. Почему ты уверен, что это была именно Куликова? Может быть, они видели другую женщину?
– Уверен. Она помогала раскрашивать детскую площадку в соседнем дворе, дети запомнили ее как тетеньку, которая рисует крылатых бегемотов. Да и описывают они ее верно.
– Как выглядели мужчины?
– Дети стояли далеко и не разглядели. Похоже, оба средних лет, русские. Больше ничего. Даже цвет волос не могут назвать.
– Ясно.
