В эпоху ужесточенных мер против терроризма в России, где поправки к законодательству предоставили президенту новые полномочия для борьбы с международным экстремизмом, мир кажется под наблюдением. Но в поднебесной Москва идет по другому пути: скромные электрички "Тиходонск – Москва" переродились в символы гражданской войны, где каждая маршрутная линия имеет свой сценарий борьбы за выживание....
– Так это Козыря сын.
– Вот как? Помню, его папаша нас гнобил, никуда не пускал, чуть что – под дубье ложил…
– Жадный гад! У него тут и «Рай», и «Барьер», два завода, банк на Магистральном, уё-моё и все такое… А делиться не хотел!
– «Барьер» уже не его, – заметил Гордеев-старший, разглядывая Кирилла через окно. – «Барьер» наш. И банк тоже. И все остальное скоро тоже будет наше… – Какой-то он дохлый, этот ваш Буланов, а?
Гордеев плечом легонько пихнул сына.
– И рожа в соплях. Такое впечатление, что ему кто-то хорошо ввалил, а?
– Отстань, батя, – солидно отстранился Жорик.
– Чего? – не понял отец.
Жорик привстал, взял из холодильника банку «колы», сверток с бутербродами, развернул и стал есть.
– А куда он делся, шеф? – спросил Кабан. – Был тут и вдруг пропал… Разве так бывает?
– Бывает. В жизни все бывает, – философски сказал Резак.
Кабан посмотрел на него с уважением. И Жора одобрительно хмыкнул.
* * *Арно увидел расстеленный перед калиткой пластиковый коврик с жестким ворсом. Усмехнулся. И тут же погасил улыбку. Пит Лисица скорее всего понатыкал здесь камеры видеонаблюдения и сейчас рассматривает его. Арно старательно вытер ноги о коврик и нажал на кнопку переговорного устройства. Через несколько секунд он услышал незнакомый голос:
– Обзовитесь.
– Арно. У меня назначено на двенадцать.
Щелкнул замок, калитка сама открылась. Арно вошел внутрь, прошел по дорожке и вошел в здание.
Пит Лисица сидел за столом напротив окна, так что лицо его оставалось в тени. Из-под стола торчали ноги в начищенных до блеска дорогих туфлях.
– Ну и как? – вместо приветствия гаркнул Пит. – Тиходонские больше не наезжают?"
"– Нет, – сказал Арно.
– Я ведь тогда своими руками двоих решил. Двоих. Да… Как чувствовал, что уйду на административную работу!..
Пит сухо рассмеялся. Лица его по-прежнему не видно, и не понять было – шутит или нет новый смотрящий. И еще непонятно: зачем он позвал Арно к себе – шутки шутить? Или прошлое вспоминать? А может, спрос учинить? Но за что?
У Арно даже мурашки по спине пробежали.
