Сверкающий лунный свет играет на стеклах, создавая мозаику теней и светляков. Вопреки кажущейся безмолвии ночной тишины, в воздухе заползает жуткий хохот, заставляющий кровь скребется в венах, лишая спокойствия и уверенности.
Мужчина повернул экран телефона, показывая медведю какую-то фотографию, когда я поняла: этот тип не знает о слепоте медведя! Вероятнее всего, не знает и о частичной потере памяти!
— Исполнять, солдат!
Он снова включил этот голос, который проговорил одно короткое непонятное слово.
Возможно, какую-то команду к действию, и медведь повиновался сразу же, не обращая внимания на самого типа.
И разве это не было странным?
Только подумать об этом я не успела, когда медведь развернулся ко мне, глядя своими красивыми пустыми глазами, где зрачок расползался, а его ноздри затрепетали, улавливая все необходимые запахи.
И лишь в эту секунду я поняла, что косвенно команда психа может коснуться и меня, ведь я была человеком!
Тело медведя напряглось и собралось в какой-то жуткой позе, словно он готовился напасть на меня, когда неожиданно он снова потянул носом куда-то в сторону леса и…просто исчез из поля зрения!
Настолько невероятно быстро, что я только дернулась, судорожно хватаясь за ружье, которое меня совсем не спасет, а псих, довольный произведенным эффектом, рассмеялся.
— Кажется, такого ты не ожидала от своего мужчины, верно, синьорина?
А ведь он прекрасно слышал, как колотилось мое сердце. И все эмоции, как ощущал мой медведь, раз уж был такой же, как он. Медвежьей крови.
— Зачем вы делаете это? Поступая так с себе подобными, разве вы не предаете свой род?
Мужчина фыркнул, а я действительно искренне пыталась понять, что шло за этой страшной безжалостной игрой, в которой он сделала своей пешкой Берсерка.
— Это долгая и грустная история, синьорина. Скажу только одно: я жил среди людей и до конца останусь на их стороне.
— Вы говорите как герой, но, по сути, им совсем не являетесь.
— Я зло в чистом виде, — он улыбнулся так, что больше в этом сомневаться не приходилось, несмотря на красоту, от которой теперь подступали тошнота и омерзение. — А твой Берсерк всего лишь марионетка. Один из сотен, кто шел против меня, но кто в конечном итоге приведет меня к победе над такими, как он.
— Вы хотите истребить свой род?
— Дай-ка подумаю…мечтаю об этом! Уже много десятков лет! И знаешь, у меня это почти получилось!
Псих снова улыбнулся, явно заранее празднуя победу и совершенно не обращая внимания на мое жгучее желание попробовать выстрелить еще раз. Жаль, я знала, что у меня ничего не получится и в итоге ничем хорошим мой поход не закончится.
Если в своем медведе я не сомневалась, то этот тип убьет меня без вопросов и сожалений.
