В глухом районе Глуши вынужденный старлей Бабкин застынет в мгновении обреченности. Его гнев подобен острому клинку, но он бросится вслед отъезжающей машины, исколупанная ткань льда дает лишь троещуюся надежду на спасение. В этот момент у него не будет другого выбора.
Мне, может, и придется отмотать срок. Через восемь лет я выйду, а вот ты, сволочь, вряд ли доживешь до завтрашнего утра. А доживешь, значит, тебе здорово повезло!..»
Глава 10
РАЗГОВОР ПО ДУШАМ
Неприятности, которые сулил Миша Гурвич, не заставили себя ждать. Хотулев сидел в КПЗ каких-то восемь часов, а Корнилов уже почувствовал, насколько крутые «друзья» у хромого сутенера. Часиков в девять, когда он, усталый, как собака, возвращался после работы домой, возле подъезда его встретили здоровенные бугаи с непроницаемыми физиономиями.
– Корнилов? – негромко спросил один из них, подходя вплотную.
– Он самый, – спокойно ответил Андрей, стараясь не думать о плохом.
Интуиция подсказывала, что встреча добром не кончится. Ясно было одно – убивать его они не собирались, иначе не стали бы светиться, шмальнули бы из-за угла и дело с концом.
– Что ж ты, падла, суешь свои нос куда не следует? – вступил в разговор второй. Он стоял у Андрея за спиной и, видимо, рассчитывал, что тот обернется на его голос. Корнилов, не поддавшись на примитивную провокацию, внутренне напрягся.
– Вы это о чем, ребята? – уточнил он, с удовлетворением отметив, что его голос даже не дрогнул.
– Сам знаешь… Тебе что, жить надоело, фараон хренов? Будешь выпендриваться, сыграешь в ящик… А замнешь дело, получишь свою долю."
"Корнилову вдруг сделалось чертовски обидно, причем не только за самого себя, а за всю российскую милицию. До чего же они докатились, если какая-то мразь спокойно диктует начальнику УГРО свои условия!
Действуя скорее инстинктивно, чем осознанно, Андрей резко повернулся и со всего маху врезал в пах амбалу, все это время дышавшему ему в затылок.
– Бросай финку! – приказал Корнилов. В этот момент он уловил движение справа от себя и, не оборачиваясь, выбросил ногу навстречу нападавшему.
«Раз вытащил нож, значит, пушки у него нет», – здраво рассудил Андрей и, щелкнув предохранителем, пообещал:
– Подстрелю, если не бросишь финку! Однако противник оказался на редкость тупоголовым.
