Да и другие джигиты готовы были смешать его с грязью.
Ситуация была покруче, чем в тот раз, когда Игнат оказался в пресс-хате. Четыре разъяренных чеха, к которым в любой момент мог присоединиться пятый. А Игнат один...
– Я не понял, это кто за обиженных тут подписывается! – неожиданно с верхотуры донесся чей-то возмущенный голос.
По всем арестантским раскладам Малик только что пополнил собой ряды опущенных. Он же касался неприкасаемых, а значит, был законтачен... Но, видимо, чеченцы так не считали. Поэтому готовы были наброситься на Игната, чтобы спросить с него за обиженного Малика.
– Не, в натуре, это беспредел какой-то!
Откуда-то со шконки сорвался среднего роста коренастый крепыш с багровым рубцом над правым глазом.
– Э-э, братья-славяне, да тут наших бьют!
Нашелся еще один смельчак, который так же встал рядом с Игнатом.
Больше храбрецов не нашлось. Зато по камере упругими волнами пошел гул – это «пассажиры» выражали свою поддержку Игнату. В Игнате они видели человека, способного сбросить чеченское иго.
И хотя подавляющая часть толпы боялась напрямую принять его сторону, чеченский авторитет решил, что обострение конфликта может серьезно повредить ему.
– Что здесь такое случилось? – пытаясь проглотить свой гнев, спросил он.
Малик что-то стал ему втирать на чеченском, но Хаким остановил его, велел перейти на русский.
– Место ему не понравилось, – показывая на Игната, сказал молодчик. – Типа, не по рангу...
– Не по рангу, – кивнул Бурлак. – И совсем не по рангу петушиный угол, на который ты мне показал.
..
– А кто ты такой? – жестко спросил его Хаким.
– Я – Бурлак!
– Бурлак?! Что-то знакомое... «Зигзаг удачи» ты держишь?
– Я.
– Тогда знаю."
"Чеченцы любили играть в казино. Но еще больше они любили держать их под своей «крышей». А многие из бывших боевиков чеченских группировок поднялись до уровня владельцев этих заведений. Так что Хаким, если он человек серьезный, должен был знать, кто такой Бурлак. И он знал... Но уважение, которое появилось в его глазах, никак нельзя было назвать искренним.
Слишком много фальши.
– Да, такого человека на «вокзале» держать нельзя, – сказал он таким тоном, как будто Игнату, наоборот, там самое место.
К Хакиму присоединился прочухавшийся Назир. Теперь чеченцев было пятеро против троих. Но джигиты все же не решились вступить в бой.
– Сам ищи себе место! – заключил Хаким.
И вместе со своими «визирями» скрылся в своем углу.
По идее, Игнат должен был сорвать одеяла, выгнать чеченцев с насиженных мест.
