– Просто помешательство какое-то нашло... Как будто что-то не то съела. Или выпила... Такое ощущение, что в шампанское что-то намешали...
– Что намешали?
– Ну, я бы не хотела тебе этого говорить. Но если ты пытаешь... У нас с Эдуардом был секс...
– Как будто могло быть что-то другое, – презрительно скривился Игнат.
– Да, могло быть что-то другое. Между прочим, я ничего не хотела. Просто скучно вдруг стало, а Эдуард меня в ресторан пригласил...
– Кто он такой, чтобы в кабак тебя приглашать?
– Ну, он так просил.
Сказал, что мечтает появиться в ресторане с красивой успешной женщиной... А я повелась. Скучно потому что было. А Эдуард парень компанейский, с ним весело...
– Вот ты и повеселилась. Так смеялась, что чуть с кровати не упала... Не ожидал я от тебя такого, Виола!
– Игнат, я и сама от себя этого не ожидала. Но тут как нашло. Я же говорю тебе, мне что-то в шампанское намешали...
– Кто мог это сделать? Перец, с которым ты была?
– Эдик?! Да нет, Эдик не мог... Там какие-то люди в ресторане были.
Вроде как с периферии. Может, нефтяники приехали из своего Сургута, вот и шикуют...
– Давай без предисловий.
– В общем, они бутылку к нам на столик послали. Ну, я ничего такого не думала. Потом стала думать, когда раздрако... В общем, в шампанском какой-то возбудитель был...
– Могла бы на Эдика все свалить, – пренебрежительно усмехнулся Игнат. – Так было бы правдоподобней. А то какие-то нефтяники... Как дальше жить будем, Виола, а?
– Игнат, ну прости, а! Ну говорю же, бес попутал.
..
– Ага, развратный джинн из бутылки... Виола, я тебя предупреждаю, еще раз, и..."
"Игнат чувствовал себя ужасно. И даже не потому, что Виолетта изменила ему. Его смущало, что свою угрозу он выполнить не в состоянии. Не станет же он избивать ее или, тем более, убивать за то, что она согрешила на стороне. Ведь она ему не жена... Хотя, пожалуй, наказать бы ее стоило.
– Да я больше не буду, честное слово!
Виолетта была необыкновенной женщиной. И трудно было сейчас сказать, искренне она кается или это талантливая трагикомедия в стиле «Не виноватая я! Он сам!.
.».
– Ну, если не будешь, тогда живи...
Игнат повернулся, чтобы уйти.
– Разве ты не останешься? – надрывно спросила она.
– Некогда, дела... Может быть, завтра...
– Да, да, я понимаю...
Игнат вышел на улицу, закурил. Уже собрался садиться в свой «Мерс», когда к подъезду подъехал «Ауди» цвета черный металлик. Из машины вышел Нахальцев собственной персоной.
