В холоде этого кабинета, где каждый шарик часов кажется угрозой для спокойствия, мертвец чувствует себя необычно комфортно. Темные углы прячутся от его внимания, но лишь под давлением страха — когда он смотрит на них, тени скрываются и кажутся обычными, словно приспосабливаясь к тому, что происходит вокруг него....
А все из-за ваших моральных якорей, которые удерживают разум от принятия необходимости. Впрочем, я вам аплодирую! – он действительно пару раз похлопал, и его руки отозвались звоном. – Мизантроп, которому жалко этих «никчемных мух», – да вы ходячий парадокс, сэр! Вы говорили об отличиях. Так вот, главное между нами состоит в том, что я не презираю людей, не считаю их бессмысленно коптящими небо насекомыми. Вы можете не верить, но мною движет сугубо человеколюбие. Я стремлюсь спасти людей…
– Я понимаю, что ваши хирургические машины спасают и…
– Нет! – воскликнул некромеханик.
Доктор Загеби весь взмок. Отповедь отняла у него много сил.
– Лучше скажите мне вот что, доктор Доу. Если я верну вам вашего пациента, вы забудете обо мне, и я смогу продолжить свою работу?
– К сожалению, нет.
– Так я и думал. Но что вы станете делать? У вас был план? Или вы полагались на мое благоразумие?
Доктор Доу покачал головой.
– Я знал, что в разуме, настолько заполненном сложными идеями и мыслеконструкциями, нет места для благоразумия: либо благоразумие, либо идеи.
– Так на что же вы рассчитывали? Вы пришли сюда в одиночку, не сообщили в полицию. Пусть вы отвлекли моих конструктов, но они скоро вернутся…
Доктор Доу кивнул. Его изначальный план провернуть тот же фокус, что и с Дитером-из-подвала не сработал бы по очевидным причинам – бесполезно колоть иголкой металлические ладони. Но у него был припасен запасной план – тот, в который доктор Горрин так и не поверил.
Доктор Доу продемонстрировал доктору Загеби склянку, которую все время сжимал в руке.
– Если вы не отпустите моего пациента и бедную девушку, я буду вынужден применить данное средство. Это не блеф: я лично смешал состав и уверен в его действии. Здесь глицериновая основа, экстракт черной серы из «Цейлеррида» от саднящих опухолей, гремучая ртуть из лекарства «Войнитца» и немного паровозной химрастопки. При контакте с воздухом смесь способна разнести всю лабораторию.
