Хромой костёр тревожил, и он немедленно устраивался вдали от пещеры отдыхать. Сейчас спит Хромой в углу каменного жилища: шерсть вздымается и опускается под его глубоким дыханием. Волк видит свои сны, и Игнату ясно всё понятно по рывкам Хромого и едва слышному всхрапу.
Но все это было вовсе не просто. Во-первых, к старику может хоть сегодня кто-то прийти из тайги или с моря. И, не обнаружив его, русские не поверят, что опытный охотник вдруг пропал в тайге. А живет он здесь, видимо, не один десяток лет. И сразу же начнут его искать, и вполне могут найти блиндаж... Или следы зондеркоманды. Крюгер понимал, что местные жители могут и отыскать следы. Так что с ликвидацией старика торопиться не надо. Правда, и сам этот старик, как опытный охотник, тоже может наткнуться на следы немцев, но наверняка еще не обнаружил.
Так рассуждал штурмфюрер, и его тревога, связанная с охотником, понемногу рассеивалась. А что, собственно, произошло? Появился какой-то старик, у которого нет ни связи, ни помощников, и он еще не знает ничего о группе немецких разведчиков. И Крюгер принял решение: ликвидировать его только тогда, когда старик начнет собираться в дальнюю дорогу.
Находясь на своем обычном посту — на вершине холма между камней, не отрывая глаз от бинокля, штурм-фюрер продолжал размышлять. Только что он принял доклад радиста, который не порадовал его. Шифровка с приказом все еще не поступала. Все предполагаемые сроки высадки десанта уже прошли. Командование молчало.
