Внутренние физические переживания героини создают напряженную и плотную атмосферу эксплуатации, где ее тело становится инструментом для демонстрации власти над ней. Этот ужасный сюжет держит читателя на грани страха и желания узнать больше о последствиях таких отношений....
Я и опомниться не успела, как уже сидела по пояс в ледяной воде и жадно глотала губами воздух.
Здесь оказалось глубже, чем я предполагала.
Я сдерживала слезы, не желая больше плакать. Но как же было обидно…
И снова все из-за него — из-за Лоренса Блэквуда!
Я поднялась на ноги, не забыв прихватить с собой чашку, и с досадой заметила, что мои единственные туфли унесло течением.
Захотелось вдруг вновь опуститься с головой под воду и закричать от безысходности и происходящего вокруг меня абсурда. Но я отбросила эту мысль, поспешно выбираясь на берег.
Нельзя болеть…
Иначе придется пропустить лекции, а для меня это непозволительная роскошь.
Я остановилась возле дерева, под которым сидела еще пару минут назад, ощущая, как холод пронизывает насквозь.
Оставаться в мокрой одежде чревато простудой. Нужно вернуться в комнату, переодеться и успеть на лекции. Вот только все заметят меня в таком виде, а Лоренс…
Плевать!
Я судорожно обняла себя за плечи, не выпуская чашку из пальцев, и направилась в женский корпус, едва передвигая ногами.
Вода стекала тонкими струйками с моей одежды и волос, оставляя прозрачные капли на сочной зеленой траве.
Страх, отчаянье, стыд — всё отступило на второй план, оставляя лишь нестерпимое желание согреться.
Добравшись вдоль кустов до женского общежития, я дождалась, пока рядом никого не будет, и быстро прошмыгнула к крыльцу.
Но была невнимательна.
Низкий мужской голос заставил меня остановиться, и внутри меня все заледенело.
— Элана Фрэйз… — я порывисто обернулась и снова увидела Габриэля Мейза, который неожиданно оказался рядом и с любопытством осматривал меня с головы до ног.
Я уставилась на него, не зная, что ответить.
— Кажется, наши занятия переносятся на более раннее время.
— Как? — прошептала дрожащими губами, и мужчина нахмурился, приблизившись ко мне.
Он снял с себя пиджак, заботливо накинул его на мои дрожащие плечи и, не мешкая больше ни секунды, поднял меня на руки, отчего я окончательно обомлела.
— Пройдемте в мой кабинет, мисс.
В кабинет? Зачем?!
12.
Представляю, в каком виде Габриэль Мейз меня нашел.
Мокрая, продрогшая, испуганная — я находилась в его руках без туфель и в рваных чулках, изумленно вглядываясь в карие глаза.
Какой стыд…
В любом случае, это не повод брать меня на руки и тащить к себе в кабинет через всю академию.
Все же увидят. Боже, что тогда начнется!
Я растеряно смотрела на ректора, безмолвно ожидая от него объяснений.
