На застуженном земле снег мерцал холодным серым оттенком в свете звезд Росс-128, казавшимся грязно-розовым на фоне неба. Мягкий хлопок в ладонях превращался в тяжелый снежный шар. Пробуя силу и точность броска, я стерпел первый попытку — метров тридцать пушкой вылетел снег в сторону казарм второго взвода. Ухмыльнувшись победе,我又开始搓第二个雪球，瞄准门口的哨兵。...
– Там до сих пор эти… бр-р… людоеды!
Она замолчала, глядя на стол. Потом спросила:
– А что ничего не несут?
– Сейчас будут крабы, – сказал Ростик. – Тут лучшие крабы в стране.
– Страна-то невелика, – заметила Дарина. – Крабы… крабы – это хорошо. Есть такой анекдот про крабов… – Помолчав, она честно призналась: – Забыла.
– Сестра, тебе уже хватит на сегодня, – укорил Ростик.
– Это тут сегодня, а в Цюрихе вчера! – Дарина протянула руку. – Смотрите, как смешно. Звезды в небе и огоньки на кораблях. Не отличить, где звезды, а где корабли.
Ростик поморщился и налил себе виски.
– Я тоже про это думал, – сказал я удивленно. – Про звезды и корабли.
– Пикапишь? – спросила Дарина подозрительно.
– Как я могу пикапить сестру друга? – возмутился я.
Ростик вздохнул:
– Можешь, но не стоит, поверь. От нее все парни плачут. Как была врединой, так и осталась.
– Неправда, – сказала Дарина с достоинством. – Просто я чувствую, что живу какой-то неправильной, не своей жизнью… и никак не встречу достойного человека, предна… знача… значи… предназнана… предназначенного мне судьбой.
Она замолчала. Я осторожно посмотрел на нее – глаза Дарины были закрыты.
– Уснула, – сказал Ростик раздраженно. – Вот что ей стоило сразу в отель, а не из аэропорта в ресторан? А я, балбес, кидал ей фотки с геометкой. Посмотри, мол, где сейчас с Максом будем оттягиваться… Тьфу. Кто ж знал, что она в самолете!
– Как она могла твой звонок в самолете принять? – удивился я. – Еще и фотки…
– А что? – поразился Ростик. – Ты в самолете к вай-фаю не подключаешься? Экономишь по мелочи?
Я тупо посмотрел на телефон.
– Подключаюсь. Что-то меня тоже клинит, Ростик. Представляешь, мне вдруг показалось, что в мире нет никаких мобильных телефонов, интернета…
– Жуть! – восхищенно сказал Ростик. – Жизнь человеческая бы остановилась, мы погрузились бы в хаос и дикость.
– Да ну, – ответил я. – Мне кажется, люди настолько адаптивные создания, что ничего бы сильно не поменялось. Нам что эпидемии, что ядерная война, что… ну, не знаю, нападение пришельцев…
– Явление рептилоидов, мутации… – подхватил Ростик.
– Ага. Вот хоть все сразу – все равно будем жить. Останутся государства, останется цивилизация. Все изменится, но останется.
– Глубоко копаешь, – протянул Ростик. Встряхнулся: – Давай накатим. За мою сестру. Она заноза малолетняя, отвязная и безбашенная. Но сестра. И я ее люблю!"
"– Дарина хорошая, – неожиданно сказал я. Сам поразился тому, что сказал, и посмотрел на Ростика.
– Она хорошая.
