– Я попытался вспомнить ее имя, не смог и всем лицом изобразил внимание.
– Я будущий хранитель, – сказала она.
– Знаю.
– Уже была бы ею. Дарина не хочет передавать пост.
– Она передаст, – успокоил я.
– Все это неправильно… – Жница посмотрела на Наську с каким-то легким удивлением и даже неприязнью. – Куколки, которые становятся обратно людьми. Стража с боевым оружием. Люди в Гнезде. Интриги. Это не на пользу нашему долгу.
– Немного осталось уже, – ответил я. – Потерпи.
Жница кивнула.
– Нам нельзя обращаться к Инсеку напрямую.
Но ситуация особая…
– Потерпи, – повторил я. – Скажи, ты действительно рисковала жизнью, чтобы стать Измененной?
– Да.
– Не страшно было? Не жалеешь?
Жница покачала головой. Глянула на меня, взгляд у нее был очень взрослый, и я вдруг подумал, что он всегда был таким. Еще до Изменения.
– Не все родились с серебряной ложкой во рту, Макс."
"Мне вдруг стало жутко. Я вспомнил Слугу по имени Ника и Слугу по имени Гарри. Они были на другой стороне, но рассуждали точно так же.
– Потерпи, – снова сказал я.
Жница кивнула и ушла. А я остался. Стоял и смотрел на Наську, читавшую книжку.
Почему кто-то остается человеком, даже перестав им быть? А кто-то выбрасывает свою человеческую природу и перешагивает через нее без всякого сожаления?
Лихачев прибыл на служебной машине с выключенными мигалками, которая тут же отъехала в переулки. Поднялся по ступенькам, постоял у дверей, будто решаясь, потом вошел.
Стража обернулась ко мне, я кивнул, она посторонилась.
– Был уверен, что ты вернешься, – сказал Лихачев.
– Но думал, что позже.
Мне показалось, что он хотел меня обнять, но в последний миг передумал. Будто смутился своих чувств.
Поэтому я сам его обнял, гадая, мой ли это порыв или подсказано воспринятым смыслом.
Лихачев похлопал меня по спине, потом отстранился и внимательно осмотрел.
– Ты заматерел. Вырос и в плечах раздался.
– Второй Призыв, – ответил я. – У вас как, нормально все?
– Один выговор, одна благодарность от начальства, – ответил Лихачев.
– И то, и другое за поход стражи из большого Гнезда через весь город. Ничего необычного. Эй, мелкая!
Наська надулась, но все же встала и подошла. Лихачев похлопал ее по спине. Сказал:
– Между прочим, я совершаю должностное нарушение. Я должен был уведомить твоих родителей, что ты стала человеком.
– Ничего. Те родители от меня все равно отказались, – отрезала Наська. – У меня теперь другие.
Потом стали подходить «старики-разбойники». Первым пришел Василий.
