В черте города царит хаос — дверные ручки, шпингалеты и оконные створки обрели новую жизнь, превратившись в копья. Люди вырубили рамы и двери прямо с косяков, поотвинчивали сантехнику и электросчетчики. В результате на первом этаже остались только толстые темные балки, торчащие ржавыми гвоздями над землей. Атмосфера нереальной угрозы и неизвестности проникает в каждый дыхание города....
Десятого ноября какой праздник? День милиции!
Ижак весь исплевался, глядя по телевизору, как важный Будякин вручает лучшим курсантам школы милиции именные часы. Тошно вору в законе смотреть, как на общаковые денежки ментам поганым подарки делают. Зато Горелов знал все девятьсот курсантов дисциплинированно придут голосовать, и большинство отдаст свои голоса за Будякина.
Такую же операцию повторили в железнодорожном батальоне и полку внутренних войск. Раздали отличникам боевой подготовки недорогие транзисторные приемники, электробритвы и прочую мелочевку, завезли по тонне яблок и кое-какой другой еды, а, главное, организовали концерты художественной самодеятельности силами музыкальной школы и одного из домов культуры.
Одному из советников Горелова пришла в голову совершенно гениальная идея – социальная скорая помощь.
Так была учреждена ""Скорая социальная помощь Серафима Будякина"". Работало в ней несколько человек, дежуривших круглосуточно в специально арендованном помещении.
Иногда диспетчеру ""Скорой социальной помощи"" стоило всего лишь позвонить в домоуправление, как немедленно появлялся сантехник, а то и целая бригада. Порой приходилось своего посылать, чтобы кран бабушке отремонтировал или унитаз поменял.
Горелов только руки довольно потирал, читая итоги опросов общественного мнения. Рейтинг Будякина рос как на дрожжах. Естественно, ""Скорая социальная помощь"" реально могла помочь едва ли в одном проценте случаев.
