Весна в цветах и звуках Москва 1553 года превращается в backdrop для предательства. Князь Савельев и его супруга княгиня Ульяна прогуливаются по живописному саду, когда изумрудные вишневые ветки и алый грушевые яблони словно дышат жизнью. Вокруг тропы пестрят цветы черемухи и сирени, а шмели создают мерцающий полет света. Атмосфера наполнена весельем и любовью, но скрытый в этом благородном ландшафте разрыв душ становится все более заметным....
Очевидцы сказывают, Юрий трех татар положил до того, как стрела басурманская пробила его сердце. Эх, Демид, Демид, столько надежд он возлагал на сына, а тот был достойным человеком, служил царю верой и правдой. Собирался жениться. И невеста хорошая. Да что теперь? Не знаю, как и передать сию весть десятнику.
Савельев сказал:
– Как есть, так и передай.
– Горе-то какое. Юрий же был единственным сыном Демида.
– Пошто так, русские семьи обычно большие.
– Две дочери померли во младенчестве, Юрий оказался крепче.
– Понятно.
Савельев поднялся, прошел в сени, оттуда на крыльцо, позвал десятника:
– Демид, зайди.
Хорин подчинился. Поднялся в горницу.
– Да, князь?
Дмитрий подошел к десятнику.
– Крепись, Демид.
– Что случилось? – побледнел Хорин.
– Сотни мурзы Галимбека и мурзы Айкулы, покуда мы здесь били крымчаков, вышли к Калуге. Замыслили ворваться в город. Воевода опередил их и в ночь вывел дружину в поле. Татар порубали, Галимбек с малым числом нукеров бежал в сторону Крыма.
– О Господи! – воскликнул Хорин. Присел на лавку, обхватил голову руками, застонал. – Наследник, надежа, кровинушка родная. Как же так?
Савельев повернулся к гонцу.
– Поведай, Мартын, как было дело. Все, о чем ведаешь сам.
Гонец из Калуги спросил Хорина:
– Молвить, Демид? Или опосля?
– Говори сейчас, – простонал десятник.
– Юрий, как слышал, сам-то я ничего не видел, окромя тела его пробитого стрелой, был на посту у дворца, когда воевода решился на вылазку.
Савельев взял со стола ендову с медовухой.
– Выпьешь немного, Демид?
– Нет, – отказался десятник. – Ты мне вот что скажи, князь, как теперь жить-то дальше? Дочерей Господь прибрал, как только народились, сын остался, вырос, воином стал. Мы свадьбу хотели по осени справить, а тут… нету боле моего Юрия.
Князь присел рядом с десятником, приобнял его:"
"– Что тебе ответить, Демид? Времена сейчас такие. Русь тока силу набирает. Придет время, и перебьем мы всех ворогов, подымется так, что ни у кого даже мысли не возникнет идти против Руси. А покуда… покуда земли свои защищать приходится от набегов многочисленных.
