Весна в цветах и звуках Москва 1553 года превращается в backdrop для предательства. Князь Савельев и его супруга княгиня Ульяна прогуливаются по живописному саду, когда изумрудные вишневые ветки и алый грушевые яблони словно дышат жизнью. Вокруг тропы пестрят цветы черемухи и сирени, а шмели создают мерцающий полет света. Атмосфера наполнена весельем и любовью, но скрытый в этом благородном ландшафте разрыв душ становится все более заметным....
Один только Горбун сидел на скамейке возле своего дома. Лицо расцарапано, но сам довольный, как кот, добравшийся до крынки со сметаной.
– Доброго дня, Осип!
Горбун встрепенулся:
– Князь? Я и не слышал, как ты подъехал, а что, ворота открыты?
– Ты не знаешь, что у тебя на подворье делается?
– А что такое?
Горбун осмотрелся.
– Вроде все как было. А ворота чертенок Мишка, наверное, забыл закрыть или не смог, тяжел для него запор, а я и забыл. Но ты проходи, Дмитрий Владимирович, присядь, дороже гостя у меня быть не может.
– Обойдемся без водки. А что это у тебя лицо расцарапано?
Горбун засмеялся:
– То, Дмитрий Владимирович, любовь у нас такая с Клавдией. Молвил же, огонь баба и как раз по мне, а я по ней. Ночью по приезде миловались до первых петухов. Да так, что соседей разбудили. Кричала Клавдия сильно, а раз вцепилась мне в морду. Но это что, на спине такие царапины, будто меня собаки рвали. Ох и лютая до любви баба!
Рассмеялся и Савельев:
– Гляди, Осип, как бы невзначай не удавила она тебя.
– Куда бабе-то, Дмитрий Владимирович?
– Она-то как?
– Ну, если не считать синяков на… в общем, на ляжках, то ничего. Торгует рыбой своей.
– Готов к походу?
– А как же? Что, прямо щас выходим?
– Нет. О том скажу, когда время подойдет. Пока отдыхай, да полегче с любовью-то своей. Жалко будет лишиться такого ратника, как ты.
– Не беспокойся, Дмитрий Владимирович, ничего худого не будет. Я вот думаю свататься к Клавдии.
"– У нее на Москве родители?
– Не-е, одна. На ней и женюсь. По осени, как принято. И привезу сюда, в свой дом. Погуляем на свадьбе на славу! Устрою такой пир, какой Москва еще не видывала.
– И зачем?
– А чтобы помнили люди, как гулял Осип Горбун, государевой особой дружины ратник.
– Ну это дело твое, поехал я.
– Остальные спят, поди.
– Я уже был у них, к тебе последнему заехал.
– А пошто ко мне последнему?
– А по то, что твой дом дальше всех от меня.
– А… То верно. Я провожу.
– Куда, Осип? Ворота открыты, конь рядом. Бывай, не скучай.
– Клавка придет, не до скуки будет.
– Ну хоть нашел то, что желал.
– Это так!
– До встречи!
Савельев выехал с подворья Горбуна и отправился к себе.
А вечером явился гонец от князя Крылова.
Савельевы только вернулись из церкви, потрапезничали, как в горницу заглянул Прошка. Уже в другой новой рубахе. Не поскупился Семен на одежу для отрока.
– Дозволь, князь?
– Чего тебе, Проша?
– Там всадник.
