В Лиговке шагает обычный мужичок Степан Трунов, пока не замечает на его пути опасного грабителя Егорова. Его добротная кожаная обувь с трудом противостоит ледяному покрытию, и он начинает спешить, бросаясь в оперу для спасения. Но слишком поздно — резкое движение угрожает его жизни. Трагический сюжет на фоне серых московских дней придает рассказу непростительную интригу и драматизм....
…В кооперативном кафе ""Маргарита” за столом, заставленным закусками и выпивкой, гуляли Серый, две роскошные девицы и крепкий парень в кожаной куртке. Он потянулся к бутылке, и на руке стала отчетливо видна татуировка — три звездочки, как на погонах у старшего лейтенанта.
…В Софийском аэропорту Роман Гольдин брал билет до Москвы. Он сунул руку в карман брюк, достал толстую пачку долларов.
— Первый класс, — сказал он на плохом английском.
…А Козлов умывался у реки, у них там уже утро начиналось. И впереди у него был тяжелый день.
…В Вене у дверей комнаты, в которой лежал Сергей Третьяков, сидел полицейский. Он внимательно поглядывал на пробегавших мимо людей в белых халатах. На редких посетителей.
Второй полицейский в штатском сидел в конце коридора, рядом со столом дежурной сестры.
Самолет авиакомпании ’’Балкан” приземлился в Шереметьевой.
Роман Гольдин, помахивая сумкой, поблагодарил стюардессу и вошел в гофрированный переход.
Пятнадцать лет он не видел пограничников в зеленых фуражках, пятнадцать лет не ступал на землю этой страны.
По переходу шел не тот Роман Гольдин, который спешно покидал родную Москву.
Сюда прилетел преуспевающий бизнесмен, одетый дорого и элегантно.
Он заполнил декларацию и получил чемодан.
Прошел таможню.
Опытным взглядом сразу определил крутежников, скупающих на корню технику и заграничные вещи. Огляделся по сторонам и увидел высокого парня в кожаной куртке, внимательно разглядывающего его.
Роман сразу же направился к нему, куртка эта была униформой московских деловых.
— Вы Гольдин? — спросил Серый.
— Да.
— Давайте ваши вещи.
Сергей Третьяков открыл глаза, мучительно, поэтапно сознание возвращалось к нему.
Сначала он видел белый потолок, потом кусок занавешенного окна.
Он попытался приподняться, но острая боль пронзила все его тело.
Над ним склонилась молодая девушка.
Она что-то говорила ему, мягко укладывала опять.
И Сергей вновь провалился в полузабытье.
Эрик Крюгер вошел в вестибюль отеля ”Цур Штадтхалле”.
По раннему времени маленький холл был пуст и безукоризненно чист.
Отель был старый, построенный в добрые довоенные времена. Новый владелец сохранил старовенский стиль: сияла бронза, темное дерево мебели и стойки портье. Все говорило о незыблемости доброго, надежного стиля.
— Господину угодно снять номер? — За стойкой поднялся щеголеватый молодой человек в форменной синей куртке с вышитыми золотом ключами на воротнике.
Он был элегантен даже в этой униформе.
