Окинув внимательным взором большой угловой диван, стеллажи, комод, над которым висел телевизор, ничего принадлежащего Генриху она не заметила. Вся мебель, техника, декор и дизайнерские вещицы остались со времен, когда данный дом служил демонстрационным образцом и клиентам показывали, какой в нем можно создать уют. Разрешив здесь жить, Роберт ничего не вывез.
«Разве что вот это», — заметила она стеклянную рамку с сердечками, в которую была вставлена фотография: улыбающийся Генрих, задумчивая Катя и надутая Марта.
Рамку он подарил ей на День влюбленных, сам же подобрал и вставил фотографию, которая никому, кроме него, не нравилась. На взгляд Кати, были снимки и получше, но Генрих считал, что лучше всего он вышел на этой. Его выбор никто не оспаривал: матери и дочери было все равно.
Вытащив фотографию, Катя разорвала ее на мелкие кусочки, выбросила в пакет с мусором. Рамку решила сложить в коробку с бумагами.
— У меня перед ним обязательств «твое-мое» нет. Так что не осуждай, — сидя перед открытым ноутбуком Генриха, Оксана кивнула на открытые конверты на столе. — Искала письма из детского фонда. Ничего нет, всё уничтожил. Сейчас здесь проверю.
— Зачем? Всю переписку я уже видела. Можешь почитать, папка с распечатками на кухонном столе. Поднимусь, гляну, как Марта…
Убедившись, что дочь спит, Катя выключила в детской ночник, плотно закрыла дверь и посмотрела на часы. Девять вечера. Интересно, Вадим уже вернулся? Как и обещал, сообщение о том, что долетел, он ей выслал. Успела прочитать на границе, до того как поменяла симку. Больше она ничего о нем не знала. Разве что после долгого перерыва сегодня вечером он снова появился в сети. Так хочется спросить, чем закончилась его поездка в Японию! Но… Как-то неловко напоминать о себе, писать первой.
— …Вот! Что и требовалось доказать! Смотри, целая папка с письмами из твоей почты… — встретил ее на пороге кабинета возмущенный голос Оксаны. — Только это еще не все. Читай, — она развернула ноутбук к Кате. — Читай, читай…
— Что это?
— Подписанный им контракт ведущего! Вот этот пункт смотри, — увеличила она текст. — «…В течение трех лет с момента подписания отказывается вступать в брак…» Он еще неделю назад его подписал!!!
Катя подошла ближе, присела в кресло, которое уступила Оксана. Все верно. Один из пунктов гласил о том, что победитель отказывается вступать в официальные отношения с кем бы то ни было, обязуется держать в тайне подробности личной жизни. Получалось, что ради этой победы Генрих сам отказался от всех с ней договоренностей? Так это же хорошо! Меньше объяснений, выяснений, последствий.