Вряд ли он теперь решится помешать ей продлить вид на жительство!
— Он забыл о Марте! Он забыл, что, подписав этот документ, лишает ее шанса на операцию! Сволочь! Какая же он сволочь! — меж тем рвала и метала Оксана.
— Не кипятись, — попробовала успокоить ее Катя. — На самом деле это даже хорошо. Он сам всё решил, теперь нам нет нужды объясняться.
— Как же хорошо?! А если бы ты не продала квартиру? Что бы мы сейчас делали? Гад, мразь, сволочь! Убить его готова!
— Ну, на это ты вряд ли решишься… Но огреть шваброй сможешь! — захлопнув ноутбук, Катя улыбнулась. — Заканчивай здесь. Я пойду мусор выброшу…
— …Знать бы, что он не заявится, — закрыв дверь кабинета, посмотрела на часы Оксана. — Не хочу оставлять тебя с ним наедине."
"— Пусть бы и не возвращался. Видеть и слышать его я не хочу, но поговорить, если приедет, придется. Не волнуйся: учитывая его контракт, скоро мы забудем о Генрихе навсегда.
— Ну, не знаю… — с сомнением в голосе произнесла сестра. — Меня другое удивляет. Ты что, готова вот так ему всё простить? И обман, и этот контракт? Ведь он же столько лет водил всех нас за нос, врал и даже не краснел при этом!
— Бог ему судья. Я уже всё пережила, откипела, перегорела в эмоциях. Сама виновата. Не поверишь, но внутри я спокойнее удава. А после разговора с Леной в Вене вообще убедилась, что легко отделалась. Сейчас для меня важно только одно — операция Марты. Так что собирайся и езжай домой. Я сама закончу, здесь уже мелочь осталась. Спасибо!
— Не за что… Кто, как не я, тебе поможет…
— Подожди, а парфюм! — вспомнила Катя, сбегала наверх. — Держи! Вот твой «Дилис», классическая коллекция, тридцатый номер!
— Спасибо, родная!
— Тебе спасибо за помощь! Езжай домой.
Поколебавшись, Оксана оделась, обнялась с Катей, нерешительно потопталась у выхода.
— Ладно, поехала… Позвоню, когда до дома доберусь. Только ты обязательно ответь, иначе я вернусь! — предупредила она.
— Все будет хорошо! — успокоила Катя, закрыла дверь и взялась за швабру…
Злой, как черт, Генрих возвращался домой: завтра к обеду вернутся Катя с Мартой, а в доме после устроенной по случаю его победы вечеринки полный бардак! И голова до сих пор болит, не рассчитал, принял накануне лишнего. Он давно не помнил, чтобы у него собиралось такое количество гостей: приятели, их друзья, случайные знакомые. А если быть более точным — такого в его жизни никогда еще не было! Он купался во всеобщем внимании, почитании, наслаждался долгожданной славой, известностью. И то ли еще будет!
Душа пела и ликовала после победы — ну как было не отпраздновать?! Но с кем? Катя далеко, соизволила поздравить одной фразой, ее родственники также оказались скупы на похвалы.