Катя поднялась на кровать и ощутила гнетущую тишину ночи. Время словно замерло, но внутри сердца билось бесконечное смятение. С каждой секундой душевное горе множится, как сладкий ад в царстве сновидений. Книга обещает открыть эту вселенную чувственности и боли, где каждая минута пронизана любовью и страданием....
Она еще не понимала, как отнестись к тому, что все оставшиеся траты на лечение будет оплачивать кто-то другой. Неужели этот шаг продиктован благодарностью за Зигфрида?
— Да, доченька, сейчас идем… Вы могли бы передать, что мы будем ждать ее в кафе?
— Конечно, передам! Какая у вас красивая девочка! — не удержалась от комплимента женщина и, вытащив из ящика стола маленькую шоколадку, протянула ребенку. При этом тактично спросила у мамы: — Можно угостить?
Катя кивнула.
— Спасибо! — потупив глазки, поблагодарила Марта, не забыв очередной раз дернуть за руку мать.
— До свидания!
— Мамочка, спрячь шоколадку в сумочку! — сразу за дверью попросила дочь.
— Ты отказываешься от шоколада?
Катя удивленно открыла сумочку: Марта, как и она сама, была сластеной, и шоколад в их доме не залеживался.
— Мы с тобой девочки, нам фигуру надо беречь, — по-взрослому пояснила малышка. — Лучше я вечером угощу ею Зигфрида. А ты купишь мне круассан с шоколадным кремом? — заволновалась она, стоило шоколадке исчезнуть внутри сумки.
— Ну конечно!
«Может, нет ничего удивительного в том, что она так заботится о Зигфриде? Если он ей родной по крови, то это всё объясняет. Несложно представить, как она отреагирует на известие, что любимый друг оказался ее братом. Да еще старшим!» — Катя с нежностью посмотрела на дочь.
Как же она сама мечтала в детстве о братике или сестричке!
В кафе на первом этаже было немноголюдно. Заняв место у окна, Катя подошла к стойке с готовыми блюдами, поставила на поднос блюдце с заказанным дочерью круассаном, свежий сок и, уловив аппетитные запахи с кухни, почувствовала, насколько проголодалась сама: после утреннего недомогания пришлось отказаться от завтрака — побаивалась повторения.
«Значит, нет никакой беременности! — порадовалась она в душе. — Обыкновенное расстройство.
"Катя решительно поставила на поднос тарелку с салатом, добавила еще одну со вторым блюдом. Если организм не отреагирует, то всё в порядке: в прошлый раз весь первый триместр даже смотреть на еду не могла!..
8
— …Привет! Отец просил напомнить, что мы завтра улетаем, — подзабытый голос Ады Лесиной звучал как ни в чем не бывало: словно и не было почти девятимесячного взаимного молчания. — Он уже на вилле, ждет нас.
