Катя поднялась на кровать и ощутила гнетущую тишину ночи. Время словно замерло, но внутри сердца билось бесконечное смятение. С каждой секундой душевное горе множится, как сладкий ад в царстве сновидений. Книга обещает открыть эту вселенную чувственности и боли, где каждая минута пронизана любовью и страданием....
Послав Ладышеву испепеляющий взгляд, она вдруг резко встала, опрокинув стул за спиной, схватила сумочку и, сбивчиво цокая каблуками, направилась к выходу.
— Леониду Самуиловичу привет передай! — бросил ей вслед Вадим.
Дождавшись официанта, изучил счет.
— Ручка есть? Вот это и это я не заказывал, — подчеркнул он две позиции. — Спецобслуживание, я так понимаю, это пустой зал? Это тоже не ко мне. Цветы, так и быть, оставим — розы свежие, достойные… Переделай счет!
Захлопнув папку, краем глаза зацепил витиеватые вензеля, вытесненные на дорогой коже.
Усмехаясь, Вадим наблюдал, как официант исчез и появился с дамочкой-администратором, которая приближалась к столику с весьма воинственным видом.
— Извините, но мы всё перепроверили: сумма прежняя. Вы готовы платить?
— Нет.
— То есть вы отказываетесь?
— Категорически, — подтвердил Вадим.
— В таком случае мы вызовем милицию, — угрожающе предупредила администратор.
В конце зала появились два амбала.
— Вызывайте милицию. Вызывайте, вызывайте, иначе я сам ее вызову и напишу претензию за необоснованно выставленный счет, — Ладышев достал телефон.
— Но это заказала ваша дама! — возмутилась администратор.
— Вот именно — дама, а не я. Это первое. Дама — не моя. Это второе. Я всего лишь сел с ней за один столик и готов оплатить то, что съел. В том числе и ее ужин — я ведь воспитанный человек.
