В мире-творце, где время и пространство не определяются обычными законами, я становлюсь императором Восточной Римской Империи. Но младшим соправителем Царя я останусь навсегда — мои действия теперь ограничены. Приняв титул Императора, я забываю о своем истинном предназначении, растворяясь в этой уникальной реальности где каждое действие имеет огромное значение....
"
"Увидев, что Император держит слово, небольшое их количество в течении месяца вернулось. Из числа тех, кто более не мыслил своей жизни вне военной службы и при этом не желал нарушать клятву. А имелись и такие, что прямо «намылились» к противникам Императора в тот же Египет…
После этого публичного представления по принесению клятвы, что происходило при большом стечении народа, к Андрею потянулись и иные кадры Сулеймана. В Константинополе имелся большой корпус оружейников, бронников, обозников и прочих специалистов.
Андрей их не звал.
Сами пришли. Что позволило очень прилично укрепиться численно.
Да, все эти вояки в лице янычар, сипахов и прочих не являлись серьезным строевым контингентом для полевой битвы.
Вспомогательный корпус получился не очень большой, но довольно интересный. Шестьсот янычар-стрелков – ядро и основа. Двести семьдесят сипахов – конное прикрытие.
И стрелки, и сипахи разворачивались по штатам легиона как отдельные части ауксилии. Хотя, конечно, не имели даже близкой выучки и организации. Но Андрей не собирался себе морочить голову альтернативной системой организации. Кулеврины же были отсортированы по куче маленьких групп – батарей. Они все были очень разнообразны, так как в традиции тех лет отливались по индивидуальному проекту.
