В мире-творце, где время и пространство не определяются обычными законами, я становлюсь императором Восточной Римской Империи. Но младшим соправителем Царя я останусь навсегда — мои действия теперь ограничены. Приняв титул Императора, я забываю о своем истинном предназначении, растворяясь в этой уникальной реальности где каждое действие имеет огромное значение....
И то, как он сумеет разрулить конфликт с Киевом, задаст тон остальным осадам. А брать штурмом все города ему не хотелось от слова вообще. Это и время, и расход боеприпасов, и, в первую очередь, конечно, гибель верных ему людей. Так и сточить их можно, словно об наждачный круг.
Допил чай.
И выдвинулся к людям, что держали оборону у ворот. Там ведь просто так до утра будущего не простоишь. С ума от такого спятить можно. Посему он полагал ввести туда фургоны походные и организовать своего рода вагенбург, скрепив их промеж себя.
Чем и занялся.
Но… и часа не прошло, как к нему вновь пожаловали переговорщики. Все те же. У одного, правда, борода потеряла клок, вероятно в излишне энергичной беседе. У другого имелся здоровый синяк вокруг глаза. А их предводитель так и вообще широко улыбнувшись, продемонстрировал несколько выбитых зубов. Видимо дебаты были жаркими.
– Мы шоглашны.
– На что?
– На фше тфои уфлофия.
– Сразу бы так, – расплылся в улыбке Андрей.
Он был рад.
Искренне рад.
Так как это спасало Императора от необходимости проливать много лишней крови. Невинной в общем-то. А пролить ее он должен бы был, если бы они отказались. Но обошлось… Во всяком случае, Андрей надеялся на то, что эти деятели не собираются его обмануть…
Глава 6
1560 год, 2 июня, Смоленск
Сигизмунд выглядел и чувствовал себя побитой собакой.
Такой разгром!
Конная атака, произведенная Андреем, оказалась удивительно шокирующей.
А с фронта продолжала надвигаться легионная пехота.
Мерно и спокойно продавливая.
И активнейшим образом паля из своих длинноствольных аркебуз. Часто. Очень часто. Слишком часто. Из-за чего ее постоянно окутывали облака дыма. Недостаточный для того, чтобы полностью перекрыть видимость. Но пехота частенько оказывалась укрытая этакой дымкой. Даже несмотря на то, что легкий бриз постоянно стремился ее развеять.
