— Прошу извинить, профессор. Я уже говорил: мне необходимо всесторонне выяснить вопрос. Исчерпать без остатка. «Чтобы исключить», по выражению врачей.
— Хорошо, согласимся с этим. Еще раз попытаюсь разъяснить вам. Как я сказал, мы были обязаны произвести трепанацию черепа Джеффриса. При этом предстояло столкнуться с дилеммой: либо дать больному спокойно скончаться на операционном столе, что было бы гуманнее всего, либо вернуть больного в палату, предоставив ему возможность очнуться и прожить еще несколько мучительных дней. Ничего иного, казалось бы, не дано. Но действительность неожиданно выдвинула третий — непредвиденный вариант.
* * *— ...Для подопытного подобная операция имела бы еще смысл в случае пересадки старого мозга в молодое тело. Мозга великого человека, которому важно было бы дать вторую, обновленную жизнь на благо общества. А вы воссоздали нелепого индивида, жалкую шутовскую фигуру, трагикомического гомункулуса, комбинацию из тела старого писателя, мозга молодого режиссера и сердца юной свиньи ради...
— А ради науки — это не на благо...
— Но я вправе протестовать против пересадки моего мозга в это малоприятное, дряхлое тело Джеффриса! Сунули в первое попавшееся под руку!
— Успокойтесь. (Пауза.) Да, в первое попавшееся. Иначе эксперимент неосуществим. На кого-то ведь должен пасть выбор. А на кого? Выбрать двух подходящих живых людей, пересадить головной мозг одного в организм другого, а прочее выбросить? Подобное абсолютно исключается. Вы же это прекрасно понимаете.
— Понимаю, но..."
"— Молчите и слушайте. Эксперимент долго отрабатывался на животных. В него вошел и ему предшествовал огромный труд множества ученых в течение десятилетий. Наша группа дошла до человека. Но ведь взять человека невозможно. Следовательно, подобные эксперименты на людях вообще немыслимы. Принципиально. Оставалось только рассчитывать на случайность.
— Я представляю себе...
— Плохо представляете. Нужны двое, нужны, к сожалению, несчастный случай, смерть, смертельная болезнь. Причем подходит далеко не каждый случай, не каждая смерть и болезнь.
— Крол говорит, что вы достигли блестящих успехов...
— В области консервации и реанимации изолированных тканей и отдельных органов с последующим вживлением их в чужие организмы. Лишили фантастов одной из их излюбленных тем.
— Теперь я — эта фантастика.
— Нет, не фантастика. Мы действительно можем отдельные органы двух и более особей гармонично совмещать воедино, синтезировать в один жизнеспособный организм. Причем с течением времени сроки консервации всё удлиняются.
— Крол сказал, что последний период был богат крупными открытиями с успешным применением их на практике.
— Да, достижения велики, но барьеры несовместимости преодолены еще далеко не полностью.