Аня прячется среди кустов, надеясь уйти от погони. Воздух мрачен и неприкаянный, а тревожный крик неуловимого существа лишь подстегивает её бдительность. Дорога впереди выглядит безопасной, но каждый шаг становится испытанием для невестки Анны Михайловны Лавровой.
Аня открыла зажмуренные глаза и увидела, как тен Лигур водит перед ее лицом палочкой, похожей на ту, что наградила ее драконом на вступительном экзамене. Боль отступила, «как по мановению палочки» — нашла в себе силы сыронизировать Аня.
— Нос еще будет распухшим пару дней, а потом отек полностью уйдет, — сказал ей штурм-командир.
— Что это было, курсант? — вступил в разговор ректор. — Чего вы рассчитывали достичь этим прыжком в абрис? Вы разве не знаете, что они давно не работают на переход? С тех самых пор, как у нашей планеты изменились характеристики полей и, поскольку древнее знание было утрачено, то мы не смогли восстановить их работу?
У Ани случился полный разрыв шаблона.
Голова шла кругом. Аня все еще никак не могла решить, признаться ли ей в том, что она из другого мира, или продолжать притворяться.
Ректор меж тем продолжал:
— Как я понимаю, вы пытались избегнуть допроса? Значит, вы мне солгали и вы и есть тот самый юноша?
Даренс нахмурился и переступил с ноги на ногу, привлекая внимание ректора:
— Разве Академия выдает своих учащихся светским властям? Тем более — иностранному королевству? Академия же подчиняется только Его Величеству Аргелию?
Даренс протянул руку, помог Ане подняться и отвел ее к окну.
— К сожалению, тут затронуты меж-королевские договорённости и, к тому же, это попадает под пункт выполнения наших обязательств по леренскому договору, — отстраненно ответил ректор.
Тен Лигур взволнованно прошелся по комнате и остановился рядом с Аней, молчаливо демонстрируя, кого он поддерживает в этой ситуации.
— Дер Норрен, — вступил в разговор тен Лигур, — но ведь у мальчика — синий дракон!
— Юний, ты же понимаешь… Именно это и делает все намного сложнее, — отозвался ректор. Затем недовольно взглянул на Анюту и добавил:
— К тому же я не приемлю откровенного вранья. Я могу допустить, что курсант, при определенных условиях, может отказаться мне отвечать. Но когда учащиеся лгут мне прямо в лицо…
Аня поняла, что бороться за нее ректор не собирается.
