Стиснул, прижал к себе, а я просто затихла на время, уткнувшись носом ему в грудь и выжидая, когда тело и голос опять начнут повиноваться и слушаться.
Что я вообще могла ответить? Объяснить все, как оно есть? А должна? И зачем? Я вообще не собиралась никому ничего рассказывать - сама пока ничего не понимала.
- Все в порядке, - осторожно отстранилась я, делая шаг в сторону от него.
- Точно в порядке? – выпустил он меня из рук и тоже отступил на шаг, вглядываясь в мое лицо: - Ты сильно бледная, просто белая, Аль. Свет такой или я все-таки испугал тебя? Извини, старался - тихо. Луна какая… - поднял он голову и посмотрел на ночное светило, которое уже вовсю заливало лес призрачным голубоватым светом.
- Точно не рухнешь? – сделал он еще один шаг в сторону от меня и убрал руки за спину.
- Точно, - ответила я слабым голосом, оглядываясь в свою очередь. Окружающий лес стал просто ночным лесом – его жутковатое мистическое очарование исчезло. Сейчас я смотрела, но будто другими глазами – изменилось что-то, ушло состояние напряженного ожидания, до предела обостряющее слух и эмоции. Но это все сопутствующие эффекты - лирика, можно сказать. Главное - Ваня не вышел ко мне. И я была уверена, что не потому, что он не успел или ему Олег помешал – нет. Если бы его тело лежало где-то здесь и все приходы были с целью получить успокоение и упокоение, то он показался бы еще когда я шла по лесу… или когда орала. Танк не вписывается? А что – танк? Выходили же солдаты к девушкам с оружием? Но это не тот случай, не наш с ним. Ваня точно не был призраком. Так что опять и снова – нет, хоронить его мне не придется - радостно встрепенулось что-то внутри. Легко стало и спокойно, и это состояние, очевидно, повлияло и на отношение к Олегу.
- Откуда ты здесь? – вглядывалась я в его лицо. Тоже бледное, наверное, все же - луна... Но как всегда гладко выбрит и пахнет туалетной водой, что я выбирала для него – приятный запах, привычный, родной когда-то.
- Ира говорила - ты в больнице на стационаре.
Он коснулся повязки и улыбнулся. А я отвернулась, глядя на плоский светящийся блин – и так слышно. И больно до сих пор… или обидно?
- Можно снять, но там некрасивая корка… все нормально, меня выписали. Пошли потихоньку? Выспишься, и все потом… Я на машине. Подъехал туда, где ты живешь, а там симпатичная бабулька и рыжий мужик… в твоей комнате.
- И что? – насторожилась я.
- Я не имею права на разборки, Аля, - отметил он тихо и напряженно, - захочешь – скажешь сама. Я просто спросил, где могу найти тебя. Здесь остановился в отдалении - не хотелось будить людей, и прошел…
- А зачем среди ночи? Не мог подождать, когда я вернусь?
- Не мог.