Автор
Молодую девушку ненавидят за то, что она не скрывает свои чувства и красоту. Их отношения заканчиваются шокирующей беременностью, после чего пара исчезает в мир фантастических возможностей. Теперь девочка с сильной душой вынуждена противостоять тем, кто еще больше ненавидит ее за то, что она настоящая и не скрывает свою любовь к жизни....
Я люблю железный привкус крови, смешанный с ароматом женской кожи. Скольжение холодного ножа, тот миг, когда он вспарывает плоть.
Смешение боли и наслаждения на лице Ксюши… Или не Ксюши, кого угодно, неважно!"
"Я отошел от стола, где корчилась под сотней игл Инга. Она у нас любительница, я был уверен, что не откажет в моей маленькой просьбе. Даже объяснять ничего не пришлось.
Лишь небрежно бросил, что хочу попрактиковаться на ком-нибудь, чтобы не пищали при каждом проколе, и она уже сидела в машине, да еще и выгребала из собственной сумки целые ленты с иглами с разноцветными головками.
– Антисептик у тебя есть? Ах, да, у тебя-то есть. Ну поехали!
И мы поехали.
Увы, Ксюшу дома не застали. Но куда она могла уйти надолго? Поэтому я решил не откладывать. Раздел Ингу, уложил на стол и начал втыкать в нее иглы от тонких до толстых. Медленно и быстро попеременно. В ноги и в соски. В самые грубые и в самые чувствительные места.
Когда я протыкал кожу на груди, она только вздыхала. В соски иглы вошли как в масло, Инга практически кончила.
В этот момент наконец явилась Ксюша.
Я почувствовал ее, когда она еще не притронулась к двери. Все изменилось. У нее был какой-то свой неуловимый запах… или энергия? Или что это? Когда она отпирала дверь, моя рука дернулась, и капли крови заструились по коже Инги, заставив ее выгнуться.
Я отчетливо ощутил тот момент, когда Ксюша, почему-то очень вдохновленная и радостная, осознала, что происходит. От двери ко мне плеснуло болью. Такой сильной, какую я не причинял ей ни одной из плетей или ножей. Даже когда она орала от боли в заду, когда я трахал ее нерастянутую попку,
Но эта была не та боль. Не та сладкая, мучительная и томительная, медленная, как едва тлеющий огонь. Не та, которой я наслаждался. Не та, которой я для нее хотел. Хотел от нее. Хотел, чтобы она любила.
Меня чуть не стошнило от этой ее боли.
Но я сжал зубы и довел до конца дело.
Переместился к краю стола, ухватил Ингу за лодыжки и резко придвинул к себе, разводя ее колени в стороны.
Зачем-то я же затеял всю эту историю?
Зачем?
Чтобы Ксюша поняла, чем для нее обернутся отказы мне в любых практиках. И пусть анал ей, кажется, в итоге понравился, ей точно не понравится то, что происходит сейчас. Она уже решила, что я ее мужчина и даже мучить имею право только ее.
