Тонкие ки и ворсинки давят на кожу девушки в темном месте, где она оказалась не по своей воле. Сознание медленно приходит, словно разлапистая птичка в зловещей обстановке — холодные ледяные струйки, запах серой атмосферы и тревожное монотонное эхо. Мир вокруг сжимается, но дыхание девушки осторожно и ровно подчиняется течению ужаса, как будто она лишь погружается в глубокий сон....
Что это с ним?
— Оставь нас, — коротко бросил охранителю, а тот кивнул, подхватил и свое, и мое оружие и удалился.
— Разве позволительно так обращаться с кюной? — снова напряженно вопросил король.
— Дагу? — я удивилась, — Конечно, он же меня…
— Тебя? — зарычал и навис надо мной, а я, наконец, поняла, что происходит.
Уставилась на него:
— Неужели ты ревнуешь… мой король?
Замер на короткое время… а потом вздохнул и лбом прислонился к моему лбу, запуская руки в мои волосы и обхватывая затылок.
— Ты… моя королева.
— Твоя, — прошептала, — А Даг… Он с детства со мной — как брат. Роднее тех, с кем у нас один отец. И наругать может, и жизнь спасти. Но никогда не займет место… моего мужчины.
Дрогнул.
Отстранился чуть.
К губам потянулся, обдавая жарким дыханием, но потом передумал. Подхватил мою накидку, брошенную на пол, закутал в нее и снова обнял, сказав глухо, мне в лицо заглядывая.
— Мы закончили на стене… все что могли — сделали.
Я облизала внезапно пересохшие губы, упоенная обещанием, что прозвучало в его голосе, и сама же потянула его прочь. из залы Но до наших покоев мы не дошли. Нам заступила целая группа оживленно переговаривающихся о чем-то воинов."
"Ярл Клепп коротко поклонился, приветствуя:
— У нас гости.
— Гости? — я не смогла сдержать изумления. Разве могли быть гости в это время, когда все сидят по домам?
— Да.
Тут уже я промолчала. Первый раз про него слышала, но не хотела свою неосведомленность всем показывать.
— Хрустальное племя? Только они могли, — протянул Эгиль-Ворон.
— О да.
В голосе короля я услышала напряжение, а вот в голосе ярла Клеппа — радостное оживление.
Сама же…
Сама же осознала, что изо всех сил сжала кулаки, только когда почувствовала боль от впившихся в кожу ногтей.
ГЛАВА 12
— Подойди ко мне.
— У нас гости…
— Хрустальные любят отдохнуть и нарядиться, даром что дикое племя. Но с тех пор, как я отдал им замок…
— Зачем они здесь? — не выдерживаю.
Вздыхает. Но лишь притягивает меня к себе — поцелуем, объятиями, своим дыханием. Жадно срывает накидку, тянет сильно за завязки на рубахе, так что шнуровка больно впивается мне в грудь, в шею, наверняка оставляя следы… и мне это нравится.
