В зале гуще людей, я стараюсь ничем не выдать своего страха. Дрожь перед лицом мужа только усиливается, когда он закатывает рукава сорочки, покрытой красным бордо, а вокруг разливаются фруктовые и минеральные нотки свежего букета. Атмосфера напряжена до предела, словно зашифрованный код в жестоком противостоянии....
Смотрю на Артура.
Классно меня на обочину сдвинули. У них покер, а у меня примитивные правила в дурачка, король старше валета, и все такое, у меня херня, и даже шанса нет, мне нельзя лезть, дама занята, красная масть в сердечках, как в мультиках, у них вместо зрачков.
Сразу отбирать шанс - это стрёмно. Я не согласен, мы все равны.
Мы все торчим за столом ещё этак с час.
И все питаются. Дамы хвалят салатики.
Та, что в сердечках, ест так, словно вернулась с голодного края. Тощая киса, куда в нее лезет. На фоне остальных, что на людях стесняются тоннами поглощать углеводы, у Юли аппетит молодого волчонка.
Учитывая, что никто не видел, как она что-то жует, и не видели уже давно - на нее пялятся и мама, и подружки, и косится Артур.
И я под шумок тоже имею право смотреть. Хочется пошутить любимой маминой фразой. Что скоро у нее появятся ""щёчки"".
Наклоняюсь над столом. Негромко делюсь информацией:
- Мне щас приносили тартар с картофельными крокетами и лисичками. Вкуснятина. Позвать официанта?
- Не надо, - влезает Артур.
- Ты прав, - она вытирает губы. Кивает неотрывно следящей за ней Насте. - Ох, не муж, а бриллиант. Всегда вовремя. Кто вот ещё может похвастаться такой чуткой второй половиной? Даже не знаю, Насть.
Ирония в ее голосе доходит до цинизма. Она говорит, и разве что не смеется ей в лицо. И если девчонки ее, правда, подставили, она выбрала самую правильную тактику для мести - послать врагов в нокаут тем, что она счастлива.
Удачлива.
Беззаботна.
И жизнь ее до гротеска прекрасна.
Настя с кислой физией цедит вино.
Возможно, мне не понять этих интриг потому, что я не баба. У нас всё линейнее и проще гораздо. Зачем надо было сочинять о подруге подобную лютую дичь - волнует меня в последнюю очередь.
Мы уже занимались сексом, два раза, и там в темноте - она с жадностью меня целовала. И я ее оргазмом наш беспредел не прикрываю.
Но никто не отменял влияния случая, а это случайностью и было.
И мозг мне изрезало в клочья.
Каждую ночь снимаю с нее трусики и знаю, что не притронусь к ней всерьёз, она обнимает меня и назло Артуру просит выдрать ее во все места. И он рассталкивает нас, и забирает её, но...
Он выходит.
Она остаётся.
Это было игрой, до последнего, пока не толкнулся в нее. И это был азарт игрока, который не способен трезво оценить ставки. Потому, что пьян.
Чем-то болезненным пьян. И я продолжаю бухать.
Мысленно.
