В новом доме Ариша чувствует себя чужим ребенком среди новых знакомых. Но вместе с тем она находит в себе силы пойти к школе и встретить старого друга Александра — своего худшего из всех. По пути они несутся мимо новогодних ледяных скульптур, переживая неловкие моменты взросления. Ариша обнаруживает в себе способности быть верным другом и учится принимать новые вызовы жизни....
Вы готовы взять на себя такую ответственность?
В ответ он только машет на нее рукой. Мол, фиг с тобой, делай что хочешь.
Улыбаюсь и не проявляю инициативы бежать дальше. Иду за Катькой на маты. С этого месяца начался блок гимнастики. Упражнения на брусьях и перекладине импонируют мне куда больше игры в волейбол.
Распластавшись на мяте в поперечном шпагате, после небольшого разогрева мышц делаю глубокий вдох. С растяжкой у меня всегда было отлично. Тут спасибо маме. Она никогда не настаивала на балете, но дома сама со мной занималась, пока мне было это интересно.
– Блин, – мечтательно вздыхает Катька, – тоже так хочу.
– Могу научить, – улыбаюсь, упираясь локтями в мат, принимая почти лежачее положение.
– Я сразу поломаюсь. Спорт вот вообще не мое.
– Разве это спорт? Я, когда мелкая была, часто ходила с мамой в театр на репетиции. Пару раз забегала в раздевалки. Там девчонки лет по восемнадцать. У них ногти на ногах отслаиваются. Такая жуть. До сих пор эту картинку помню.
Катька морщится, а я ей поддакиваю.
– Так вот, они все это месиво в пуанты заворачивают и идут дальше тренить. Кто-то связки рвет, ломается.
– Бр-р-р, ты только сказала, а у меня ощущение, что это мне ногти сняли и все кости раздробили, – Катюха снова морщится, а потом толкает меня в плечо.
– Чего?"
"– Тим на тебя пялится. Хотя не только Тим, – бросает грозный взгляд в скопившихся недалеко от нас парней из параллельного. – В этом вся ты, Громова, сначала: «Я не хочу привлекать к себе внимания», а потом шпагаты наяривает в обтягивающих штанах.
– Катя, блин, – смеюсь вместе с ней, а саму так и тянет повернуться в сторону Азарина.
Соблазн велик, но я держусь. Внутренне улыбаюсь только. Кажется, это болезнь. Я становлюсь неуравновешенной маньячкой.
– А че? Так и есть. Вон у них тут через одного челюсти поотпадали. Короче, все, с завтрашнего дня учишь и меня вот так же сидеть.
– Ага. Кайсаров заценит, – выпаливаю на позитиве.
– Так, давай мы без него обойдемся, – бубнит Токман.
– Это почему?
– Ты мне сейчас мстишь, да? – прищуривается. – За то, что я тебе про Тима болтаю, решила Даниса…
– Ничего я не решила. Вылетело просто. Он так на тебя смотрит. Как на богиню.
Катюха закатывает глаза.
– Нормально он на меня смотрит. Нормально. Мы просто дружим.
– Так, вы долго тут будете валяться? – физрук возникает будто из-под земли.
– Идем уже. Идем, – уверяем его в один голос и снова смеемся.
