— Хочешь глянуть телик?
Джон нахмурился от тихого голоса и посмотрел вправо. Тор был в бильярдной. Сидел на диване перед широкоэкранным телевизором, висящим над богато украшенным камином. Ноги, обутые в байкерские ботинки лежали на журнальном столике, а рука покоилась на спинке дивана, направив пульт на Sony.
Тор больше не взглянул на него. И ничего не сказал. Просто продолжил щелкать каналами.
«Выбор, выбор, выбор», подумал Джон.
Он мог выскочить вслед за ней и поджариться. Мог остаться перед дверью, как собака. Порезать кожу ножом. Или налакаться до усрачки.
Из бильярдной послышался приглушенный рев, затем раздались крики людей.
Привлеченный звуком, он вошел и встал перед бильярдным столом. Поверх головы Тора он увидел Годзиллу, выбивающего дерьмо из модели в центре Токио."
"Действительно, вдохновляюще.
Джон подошел к бару и налил себе «Джека», затем уселся рядом с Тором и вытянув ноги, также положил их на столик.
Сосредоточив внимание на телевизоре, и выпив виски, он почувствовал, как во всем теле разливается тепло, замедляя в его голове блендер. Затем еще немного. А потом и вовсе стих.
Сегодняшний день так и так будет дерьмовым, но, по крайней мере, он уже не рассматривал вариант пойти прогуляться на солнышке.
Спустя некоторое время, Джон осознал, что они с Тором точно также растягивались на диване, когда Велси была еще жива.
Боже, он был так зол на него, что уже позабыл, как легко и просто было вот так проводить время с Братом. Появилось ощущение, будто они делали так годами: сидели перед огнем — выпивка в одной руке, истощение и стресс — в другой.
Когда Мотра[70] сцепилась с Годзиллой, Джон подумал о своей старой спальне.
Повернувшись к Тору, он показал:
«Послушай, той ночью, когда я был в доме…»
— Она уже сказала мне. — Тор отпил из стакана. — Насчет двери.
«Прости».
— Не беспокойся. Это все мелочи.
«Это правда, — подумал Джон, поворачиваясь обратно к телевизору. — В отличие от многого другого».
В другом конце комнаты вздохнул Лэсситер. С таким звуком, как будто кто-то оттяпал себе ногу, а медика поблизости не оказалось.
— Я никогда не доверил бы тебе пульт. Это просто какой-то клоун разодетый в костюм монстра, которого набили как пиньяту[71]. Ну же, я пропущу Мори[72].
— Какая жалость.
— Тесты на установление отцовства, Тор. Переключи на тесты по установлению отцовства. Это же отстой.
— Только ты так считаешь.
Пока Тор держался за Годзи, Джон откинул голову на кожаные подушки.
Когда он думал о Хекс, о том, что она сейчас совсем одна, он чувствовал себя так, словно его отравили. Стресс в буквальном смысле был токсичен — кружилась голова, тошнило и нервы были на пределе.
Он вспомнил все то дерьмо, через что ему пришлось пройти, прежде чем он нашел ее.