Без сомнений, это он попал не в то время…
Оставаясь скрытой, она продолжила наблюдение за местом преступления, наблюдая за копами — борющимися с рвотным рефлексом, чтобы выполнить свою работу — в ожидании появления Лэша… или любого другого лессера. Когда полторы минуты спустя приехали телевизионщики, она стала свидетелем того, как почти прекрасная блондинка Барбара Уолтерс берет интервью у бедолаги на газоне. В ту же секунду, как съемка завершилась, она кинулась приставать к полицейским, выуживая у них информацию, пока не достала их настолько, что они позволили ей взглянуть на то, что произошло внутри.
Разве это не оскорбительно для серьезной журналистки.
Когда она грохнулась в обморок, оказавшись в объятиях одного из офицеров, Хекс закатила глаза и направилась обратно.
Дерьмо. Она могла бы сейчас находиться в комфорте, а вместо этого приперлась сюда с неудержимой жаждой битвы, но как часто случалось на войне, она сохраняла выжидательную позицию, пока не покажется враг.
— Cюрприз.
Она развернулась так стремительно, что едва не потеряла равновесие. Единственное, что ее спасло от падения — это противовес в виде высоко занесенного зажатого в руке и готового к применению кинжала.
***
— Жаль, что мы не приняли душ вместе.
Когда Блэй поперхнулся приготовленным им для них двоих кофе, Сакстон спокойно сделал глоток из своей чашки. Было очевидно, что парень сделал это специально, чтобы насладиться реакцией.
— Мне действительно нравится смотреть на тебя, — сказал парень.
Бинго. И еще эти проклятые гены рыжеволосых, делавшие невозможным утаить вспышку смущения.
Легче было спрятать седан в своем кармане. И то не было бы так очевидно.
— Ну, знаешь, охрана окружающей среды имеет не малое значение. Экономия воды и все такое. Срубай зелень… или обнажайся, как бывает зачастую."
"Сакстон устроился на шелковых подушках на своей кровати в шелковом халате, в то время, как Блэй растянулся поверх матраса и дополнительного пухового одеяла, сложенного точно так же. Свет свечи превратил эту сцену в нечто феерическое, смягчая все контуры и границы.
И что вы думаете, среди всего этого темно-шоколадного постельного великолепия Сакстон был просто великолепен — со своими светлыми раскиданными по сторонам густыми волнами волосами, превращая его в ожившую скульптуру. С полуприкрытыми глазами и гладкой грудью, частично выставленной напоказ, он был готов, в ожидании… и, учитывая исходящий от него аромат, Сакстон был способен дать то, в чем так нуждался Блэй.
По крайней мере, внутренне.